— Неужели вам было совсем не совестно? — полузадушенным голосом выдавила я. Заметила, как поморщился Бесов на моё «вы», но исправляться не стала. — Я ведь ничего плохого вам не сделала.
— Было, — кивнул мужчина. — Но отступать от первоначального плана я не стал. Как ты понимаешь, мой брак не лучшим образом сказался на моём характере. Не имея возможности сорвать зло на бывшей жене, я срывал его на студентках. И за это я прошу у тебя прощения.
— Вы сказали, что таков был план до того, как вы узнали меня поближе, — ухватилась я за его фразу. — Что изменилось?
— Всё. Ещё на нашей второй встрече я заподозрил, что ты не примешь такую «помощь». Тебе было важно справиться самой. После того как ты упала в лаборатории от переутомления, я уверился, что иного выхода, как дать тебе самой пройти путь от разработки до готового изделия, просто нет. И стал помогать.
— Это всё или есть ещё что-то, что мне нужно знать? — стараясь глубоко дышать, спросила я.
— Чтобы ты дала мне кулаком в глаз разом за всё, оптом? — развеселился этот… ух, и правда, что ли, врезать?
— Возможно, — не стала отпираться я.
— Нет, больше мне скрывать нечего. Но ты сама можешь меня спросить, если тебе что-то интересно. Честный ответ я гарантирую. Договорились?
— Договорились. И спасибо за первое условие, — выдохнула я. — Мне действительно надо обдумать всё на холодную голову.
— Всегда пожалуйста, Арина, — меня внезапно чмокнули в нос, — а теперь нам всем пора домой.
И машина мягко тронулась с обочины.
Он немного слукавил, но это была уже не ложь.
На самом деле, говоря Арине о своей задумке с дипломом, Бесов надеялся, что она передумает. Сейчас надежда была только на неё — сам он чувствовал, что стремительно сдаёт позиции и отказаться от отношений, пусть даже и кратких, не в силах. Хотя это было бы, несомненно, правильнее и честнее — Александр отлично понимал, что если не планируется продолжение, то лучше даже не начинать. Потому что потом будет больнее и сложнее расстаться. Хотелось бы сказать, что особенно Арине будет больно, но он себя не обманывал — ему тоже. Пусть Александр ещё плохо знал эту девушку, но уже чувствовал к ней столько всего, и не одно лишь плотское вожделение, а много разного, не связанного с физиологией, — да, отпустить Мельникову будет непросто. И было бы лучше, если она передумает сама.
Но Арина отреагировала на откровения Александра далеко не так резко, как он думал. Да, ей было неприятно и обидно, но она не надулась, не закрылась от него, и даже не стала ругаться и возмущаться. Деликатный человек, милая и добрая девочка…
И куда ты, старый бес, со своим свиным рылом в этот калашный ряд?
Где-то в глубине души что-то — наверное, совесть — шептало с укоризной: «Не нужно, не начинай. Разобьёшь малышке сердце. Мало тебе грехов?»
Александр мысленно соглашался — да, разобьёт. Но только кто кому? Арина-то ещё молодая совсем, жизни толком не знает, влюбилась впервые. Поплачет, конечно, поначалу… А потом встретит кого-нибудь другого, начнёт встречаться и в итоге переживёт свой первый своеобразный опыт и будет вспоминать о нём со скептической улыбкой. Дура я, мол, была.
Он это не с потолка придумал: сам слышал не раз от знакомых женщин. Мало кого минула чаша неудачной первой любви. У кого-то она была неразделённая — кстати, этим, возможно, повезло больше, — у кого-то взаимная, но очень уж разрушительная.
Да, Арина оправится, переживёт. А вот Бесов… с его ужасным характером, с его привычкой привязываться к людям — он всегда с трудом расставался и менял окружение, — с его заморочками по поводу женского пола… Возможно, ему станет ещё сложнее.
И это в каком-то смысле примиряло Александра с его решением пойти у Арины на поводу. Как она скажет, так и будет. Захочет стать его — он не откажется. А не захочет — не станет уговаривать.
Продолжит влачить своё одинокое существование и дальше.
Бесов высадил задумчивую девушку возле общежития. Целовать или обнимать его на прощание Арина не стала — попрощалась на словах, посмотрела нервно и слегка исподлобья, и у Александра кольнуло в груди.
Сомневается. Всё-таки сомневается.
Забавно, что ему было от этого одновременно и больно, и радостно.
Удивительное существо человек — может одновременно испытывать столько противоположных эмоций. Бесов и сам не знал, чего в нём больше — досады оттого, что Арина сомневается, или радости, что надежда всё-таки не потеряна, что ещё есть шанс на положительное решение.
Отъезжая от общаги, Александр зачем-то посмотрел налево — и на противоположной стороне узкой улочки увидел темноволосого парня, который с хмурым интересом наблюдал за его машиной.
«Вот и первый сплетник», — подумал Бесов с горькой иронией, отворачиваясь. Неизвестно, что видел этот парень — только как он отъезжает или как из машины выходит Арина? — но Александр не сомневался, что студент, если из болтливых, может и додумать. Например, сказать, что Арина не просто вылезла из автомобиля Бесова, а что перед этим они целовались, или ещё что-нибудь.
