— А что тут объяснять? Люди взрослые, должны выслушать друг друга, а не бегать. Расскажи ей всё, как есть. Кстати, на держи, — протягивает гаджет, — это телефон Таи. После произошедшего я на автомате его прикарманил. Надо как-то к ней заехать, но, сука, как вспомню, до сих пор эта картина перед глазами встаёт.
— У тебя есть догадки, кто это совершил? Её отец сказал, что она не помнит. Разговаривать сейчас с ней об этом не вижу смысла, она на антидепрессантах, но чувствую, что чего-то явно не договаривает.
— Тим, мы не следаки, чтобы этим заниматься.
— На сколько я знаю, Титов замял всё, дело в ход не пустили.
— Ты думаешь, такой, как Титов, забудет о том, что произошло с его дочерью? Он доверил это дело спецам. Рано или поздно виновного найдут и накажут.
— Я бы эту тварь живьём закопал, — стиснул зубы.
— Тим, тебе надо расслабиться. Давай в клубешник, а? Оторвёмся как раньше. А то в последние месяцы я не узнаю своего былого друга, превратился в зануду. Когда у тебя секс был в последний раз? Молчишь. Я хорошую соску найду. А то небось скоро руки в сплошные мозоли превратишь.
— Сука, Макс, вот откуда в тебе столько всего? — взглянул с презрением. — Ты же с Мариной, а думаешь о каких-то бабах левых.
— Сегодня с Маринкой, завтра нет. С ней, как на пороховой бочке.
— Когда-нибудь ты поймёшь меня. Не тянет меня ни в клубы, ни бары, ни к тёлкам. Хочу к своей малышке, — при воспоминании о Тае улыбаюсь.
— О, блин, да ну на …Теряю друга. Какие-то сопли пошли. Ну тебя. Пойду я.
— Спасибо, что про кота не забывал.
— Кстати, а ты не думал его на цепь посадить? — скалится. — Как дверь не открою, он у порога, как сторожевой пёс.
— Да, есть такое, — усмехаюсь. — Зато сейчас где-то дрыхнет. Тая отругала, что перекормил его.
— Ну, извините, лучше пусть объедается, чем голодает. Всё, поеду к своей.
— Привет ей, — подмигнул.
— Ага, передам, куда я денусь.
<p>Глава 33</p>Собирался поехать и объясниться со своей малышкой. Представляю, что она успела вбить в свою красивую головку. Мы взрослые люди, прятать голову в песок удел слабых. Нужно сесть и поговорить, как цивилизованные люди. После пережитого Таей, я не имею права играть её чувствами. Хочется сгрести её в охапку и увезти далеко и ото всех, где будем только мы. Но видимо судьба решила сыграть со мной злую шутку.
Обнаружили серьёзные косяки в накладных, нужно срочно лететь в штаты, без меня никак не разгребут. Вот для чего я оставил там Ника, если без меня элементарные дела решить не могут? Я понимаю друга. Когда случилась трагедия с Таей, я бросил всё, чтобы быть рядом с ней. Но, сука, я взял себя в руки. Спал по два часа в сутки, чтобы разгрести дерьмо, в котором оказался. Нагружал себя работой и изводил тренировками, чтобы хоть на время отвлечься от бредовых мыслей. А Ник опустил руки, бухает по-чёрному. Смирнова пропала двадцать седьмого сентября, в день трагедии, произошедшей с Таей. Друг в неведении, что с девушкой. Нужно жить дальше, вылезать из той ямы, в которой оказался, а Никита наотрез отказывается это делать, топя себя в литрах алкоголя, вырывая яму ещё глубже. Забросил работу. Хорошо, что фирма не осталась без присмотра. Но сейчас я там нужен как никогда.
