http://i.models.com/i/db/2010/9/29757/29757-800w.jpg
Дин - http://ia.media-imdb.com/images/M/MV5BMTM4MjU1OTU1N15BMl5BanBnXkFtZTcwNzc0NzY0Nw@@._V1__SX1303_SY591_.jpg
http://40.media.tumblr.com/tumblr_me1n9pqxb71qzat5oo1_1280.jpg
- Пожалуй, мне надо выгулять собаку. Идем, Сэмми.
Я встал из за стола, окинув взглядом всех сидящих в последний раз, и подхватил пса, имевшего привычку крутиться под ногами, пока мы ели, под толстое пузо. Дойдя до входной двери, я взял поводок, прицепил его к ошейнику Сэмми, натянул кеды и вышел из дома.
Пока я все это проделывал, за столом все так же стояла почти пугающая мертвая тишина, изредка нарушаемая стуком вилок об тарелку и напряженными выдохами.
На улице стоял совсем зимний мороз – уже неделя, как наступил декабрь, и с утра воздух обжигал легкие морозной свежестью, а электропровода были покрыты инеем. Машины сменили шины, люди оделись теплее, собаки старались делать свои дела быстрее раза в два.
Я оглушительно чихнул, почесав нос.
Когда Лэйни позвонил мне, и сказал, что приедет на выходных, и что он уже предупредил об этом Донну, я даже обрадовался. Атмосфера в доме стояла та еще, и я думал, что его визит привнесет хоть толику чего-то светлого и теплого, всегда будто аурой окутывающее Лэйни.
После расставания с Майклом, Дэн проплакал три дня, почти не выходя из своей комнаты. Я знал, что это больно, когда тебя бросают ради другого, я знал, что он расстроен, но мне было еще больнее. Я знал еще и то, что после тех выходных, которые мы с ним провели как пара, и после того, как мы, можно сказать, расстались, он так не переживал.
Мне было больно, что я ошибся даже в таком, казалось бы, во всех отношениях хорошем парне, как Дэн, мне было больно от наших так и не состоявшихся отношений. Но также мне было больно еще и от того, что я не мог просто зайти в его комнату и обнять. Поцеловать и сказать, что все будет хорошо, что я рядом и его больше никто не обидит. Он и не ждал этого.
Мы будто вернулись в начало своих отношений, когда еще толком друг друга не знали. Когда я воспринимал его как чужого, а он не знал, как ко мне подступиться. Будто мы и впрямь снова стали чужими, не имея возможности каждый поделиться друг с другом своим горем.
По виду Майкла тоже нельзя было сказать, что он в восторге от всего происходящего. Его родители и родители Тима были рады такому повороту событий, такому скорому браку, и с радостью затеяли приготовления к свадьбе. Тим даже переехал к Бернштайнам. Но в школе я ни разу не видел их вместе, будто ничего после их воссоединения не изменилось. В этой ситуации мне было больше всего жаль еще не родившегося ребенка. Я всегда был твердо уверен, что дети должны рождаться в любви, иначе они всю жизнь будут чувствовать себя так, будто в них недостает какой-то частички, очень важной и нужной частички. Так всегда себя чувствовал я.
Не добавлял веселья ко всей ситуации и Фил, который все же выбрал Энди. Я видел, как они ходят везде вместе, встречал их в коридорах школы, в библиотеке, иногда Энди приходил на наши тренировки. И так как большую их часть я сидел на скамье запасных, я мог замечать, как он смотрел на Фила, с тоскою, с чувством неизбежного во взгляде. Будто он знал, что его альфа вовсе ему не принадлежит, а весь его выстроенный радужный мир с любовью до гроба, с Истинными, с верностью и преданностью, рушился, и он не мог с этим ничего поделать. За такой его взгляд я почти ненавидел Фила, который мог это все прекратить, раз и навсегда, признавшись, а не мучая своего омегу ложными ожиданиями. Я знал, что вместе долго они не продержатся. Росток сомнения уже был посажен в их отношениях, и ни к чему хорошему это привести не могло.
Единственная пара, выбивающаяся из этого стройного депрессивного ряда, были Стаб и Спайк. Хотя не совсем.
В очередной раз, стоя в очереди в школьном кафе и бессмысленно листая ленту новостей в телефоне, я поднял голову, и увидел входящего в кафе Стаба, который улыбался от уха до уха. Сказать, что я удивился, ничего не сказать. Я был поражен. Стаб улыбался крайне редко и неохотно, будто ему было лень растягивать губы в улыбке лишний раз. Это правило не действовало, если в радиусе трех метров от него шел Спайк, но Спайка рядом с ним не было, поэтому я убрал подальше телефон и помахал ему рукой. Когда он подошел ко мне, приветственно кивнув головой, я увидел на его шее засос, синеющий над воротником клетчатой рубашки. Тогда я понял, что у них все случилось.
Спайк, как ни странно, был, видимо, этому рад, но иногда, посреди тренировки, или разговора, или совместного с командой просмотра кино, его взгляд будто стекленел, а лицо каменело, будто он уходил глубоко в себя в поисках ответа на вопрос «А чем я все это заслужил?». В такие моменты мне хотелось встряхнуть его со всей силы за плечи, надавать пощечин и взять с него клятву, что он ни за что не повернет назад. Позволит себе быть счастливым.
Поэтому все надежды были на приезд Лэйна. Но и они себя не оправдали.
Глядя на бегающего по лужайке Сэмми, я думал, случайно ли все так получилось или нет.
