А вы любили? Так, чтобы наизнанку? Так, чтобы вопреки всему? Так, что при одном имени сердце сжимается? Так, чтобы против всей морали, против всех принципов, против самой себя? Когда каждый вдох наполнен только им, каждый удар сердца для него. А вы любили вопреки здравому смыслу, вопреки разуму, обстоятельствам, вопреки самой жизни?.. Содержит нецензурную брань.
– Игорь, что ты делаешь? Ты не свободен. У меня семья. Я замужем, – слова вырываются, как жалобный стон.
– Я знаю, – сказал, как отрезал.
– У тебя есть девушка. Насколько я знаю, вы живете вместе, – воздуха не хватает в легких. Дышу, а надышаться не могу.
– Ника…– удар по рулю, – ты думаешь, я ничего не понимаю? Не надо мне говорить то, что я и без тебя знаю!
– Ты не имеешь права… Мы не имеем права… – уже почти кричу, срываюсь.
– Знаю, – сквозь зубы. – И перестань так смотреть на мои руки.
Я даже сама не заметила, как снова начала пялиться на него. Отворачиваюсь к окну.
– Я не железный.
– Это неправильно. Так не должно быть, – произношу больше для себя, чем для него.
– Но это есть! Перестань бегать от этого, как малолетка. Разберись в себе, – машина остановилась возле моего дома. После этих слов гнев во мне начинает подниматься.
– А ты, смотрю, разобрался!?
– Иди домой, – даже голову не повернул в мою сторону.
Выхожу, хлопнув дверью машины, направляюсь к воротам.
– Ника, у нас сегодня будут гости, – Дима вошел в гостиную, где я заканчивала уборку.
– Какие гости, Дим? Только не говори, что опять твои раздолбаи-друзья.
– Ни-и-и-ик, – Дима подошел ко мне ближе и поцеловал в щеку. – Ну, не сердись. Они не одни будут, а с девчонками. Тебе будет не скучно.
– И о чем, по-твоему, я должна говорить с этими девчонками? О косметике, салонах, шмотках и детях? Дим, мне это неинтересно. По крайней мере, настолько, чтобы говорить об этом весь вечер.
– Ник, ну не начинай, я прошу тебя. Пожарим шашлык во дворе, отдохнем. Обещаю много не пить.
– Я надеюсь, хоть вашего чокнутого Дена не будет?
Ден – это особый вид мужчины. Разговаривал он принципиально только с мужчиной. Будь ты хоть королевой Великобритании, он будет разговаривать только с мужиком, который стоит возле тебя, но не с тобой. Женщина для него – второй сорт. Не знаю, как этому му**ку удалось жениться, но его жене явно не повезло. Я его терпеть не могла.
– Я его не приглашал, но точно обещать его отсутствие не могу. Ребята могли позвать.
– Дим, ты меня с каждой минутой все больше радуешь. Если он будет, не обижайся, я уеду с ваших посиделок.
– Опять на кольцо? Только не говори, что я прав?
– Да, ты прав. Опять на кольцо. На оно самое.
– Ника, я сдам твою развалюху в металлолом.
– Во-первых, она не развалюха. Во-вторых, если ты это сделаешь, можешь сразу подавать на развод.
– Ты это серьезно? Из-за машины? Ник, это не нормально!
– Я серьезно. Разговор закончен.
– Ника, у тебя Лексус стоит в гараже. Какого хрена ты ездишь на этом ведре!? Оно рассыплется скоро. В нем даже подушки безопасности нет. Ника, о чем ты думаешь!?
– О том, что мой муж меня не понимает и не хочет понять!
– Твоему ведру, которое ты называешь машиной, давно пора на свалку. Какого она года? Девяносто третьего? Девяносто шестого? Ника, она небезопасна. В случае аварии…
– Дим, хватит, замолчи. Я за рулем 10 лет и я полностью уверена в своей машине. Лексус я тоже использую, когда ты просишь тебя забрать или встретить из аэропорта.
– Да он уже пылью покрылся!
– Так протри! Тряпку дать?
– Все, Ника, я избавляюсь от твоей развалюхи, – Дима взялся за телефон.
– Тронешь Ласточку, разобью и твою БМВ, и Лексус. И подам на развод. Это мое последнее слово. Что не звонишь? Звони! Для тебя же это важнее, чем счастье жены, – Дима замер с телефоном в руке. Я прошла мимо него на кухню, оставляя за собой последнее слово. Я понимала, что играю где-то не честно по отношению к мужу, но он не оставлял мне выбора. Ласточку я любила. Это моя первая машина, и продавать ее или избавляться от нее я не собираюсь. Ласточка представляла собой ВАЗ 2106 1996 года выпуска. Карбюратор в ней отрегулирован идеально. Заводилась и летала моя Ласточка с пол оборота. Омологированный каркас безопасности по приложению J, новые омологированные ковши и мотор на 1,9 литра на базе все того же двигателя вазовской «классики» с расточенным блоком от Нивы. Пару лет назад, я сделала тотальную замену подвески на более жесткую и энергоемкую. Для этого использовала уже ставший «классикой» комплект амортизаторов Plaza Sport с пружинами от Нивы. В процессе установки поменяли шаровые опоры на красные TRS. И это не говоря про салон. Там стояли дополнительные датчики, сиденья спорт. Правда, пришлось переваривать полозья под них. Но оно того стоило. Материал для обшивки салона выбирала сама. Эта машина была для меня всем. За рулем я отдыхала. Я знала ее до последнего винтика. Садясь в нее, я сливалась с ней в одно целое. А садясь в Лексус, я была лишь гостем.