- Ты какая-то задумчивая с тех пор, как мы прилетели… Что-то случилось?
«Случилось…»
- Нет, все отлично.
- Уверенна?
«Нет»
- Конечно… Просто немного переживаю по поводу предстоящего семестра. В деканате сказали, что лафа закончилась, и впереди очень сложные предметы.
- Ты справишься… - Голос Андрея был уверенным, а вот выражение лица… Мужчина мне не верил, и не зря…
Вечером, мы отправились на романтический ужин, на соседний остров Саона, но ничего не способно было меня отвлечь от одной застрявшей в голове мысли, набатом бьющейся в висках.
Ни искристые факелы, ни потрясающие блюда, ни Крестовский, доверчиво заглядывающий в глаза. Шум воды, пение экзотических птиц, легкая музыка, доносящаяся откуда-то из далека – все смазывалось на фоне моих переживаний и угрызений совести.
Медленно шагали вдоль берега, и Андрею приходилось несколько раз крепко сжимать мою ладонь, что бы обратить на себя внимание.
- Лер… нужно поговорить…
« Нет, нет, нет… неужели он знает?»
В груди образовался нервный ком, который мешал свободно дышать. Руки задрожали, на глаза выступили слёзы, и я уже была в шаге от того, что бы броситься ему на шею и умолять меня простить.
- Мы как-то это упустили из вида… и я не могу простить се…
- Нет, не говори… Все не так, как ты думаешь… понимаешь? Это вышло случайно, я не хотела…
Крестовский сощурил глаза, внимательно посмотрел на меня, а затем привлек за руку к себе:
- Я люблю тебя…
В одну секунду у меня перед глазами пронеслась вся жизнь и возможные последствия того, что я натворила.
А он…
Это, как сначала сказать человеку, что он неизлечимо болен, а спустя минуту найти лекарство.
- Чччто? – Я не узнавала свой голос. Он дрожал, прерывался, затихал на последнем звуке, а мужчина напротив расплывался в улыбке, и медленно опускался вниз.
- Что ты.. что ты делаешь?
Я возвышалась над Андреем, и смотреть могла лишь ему в глаза, а когда опустила их чуть ниже… В его руке была раскрытая бархатная коробочка.
Непроизвольно дергаюсь и делаю шаг назад, но затем, ноги, словно, каменеют, отказываясь отдаляться от мужчины.
Ни шугу ступить, ни вдоха сделать.
- Слободенко Валерия, ты выйдешь за меня?
За пеленой слёз мне не сразу удалось рассмотреть великолепное кольцо, отражающее лунный свет и ярко выделяющееся на черном фоне коробочки.
- Я… я… Боже… - Прикрываю лицо ладонями, по которым вовсю льются крупные слёзы, а все тело содрогается от плача.
- Лер… ты не хочешь? – Тихий, неуверенный голос Андрея прозвучал, словно гром среди ясного неба.
Что я делаю?
Ведь он здесь… стоит на одном колене и ждет ответ, а я истерику успокоить не могу.
Думать о том, что подобным способом я даю себе возможность отступить из-за страха совершенного поступка, я не буду.
Если, когда-нибудь, Андрей все узнает и не сможет меня простить… значит так суждено, но я вырву у судьбы эти дни, месяцы, или годы счастливой жизни рядом с любимым мужчиной.
- Я согласна…
Сказала насколько тихо, что Андрей даже внимание не обратил.
- Лер… если это рано для тебя, то можем…
- Я согласна.
- … можем подождать, пока ты не будешь готова, но…
- Я СОГЛАСНА!!!
Мои кости захрустели, а голая спина почувствовала прохладу песка.
Губы горели огнем, а в самое лицо мне продолжали шептать: «Люблю, люблю, люблю, люблю…».
Возвращаться в холодную и заснеженную Москву, после раскаленного острова не было никакого желания, но реальный мир никуда не исчез, и мне предстоит снова окунуться в рутинные будни учебы, пусть уже и в новом статусе.
Всю обратную дорогу домой я глаз не сводила со своего безымянного пальца.
Кольцо идеально подошло, и теперь у меня появился новый страх потерять его.
А еще его могут украсть…
Отобрать… или…
Ну уж нет! Тогда только вместе с рукой!!!
Пустота дома не особо и радовала, и я занялась уборкой, что бы и себя отвлечь и мысли свои в порядок привести.
Выходило откровенно паршиво, зато хоть в доме чисто теперь.
Учебные дни поплыли, как по течению. Мы с Сашкой едва живые выползали после пар. Настолько насыщенного и плотного расписания мы даже представить себе не могли.
Глазом клипнуть не успели, а на носу уже праздник, обожаемый одной половиной населения, и люто ненавидимый другой.
14 февраля…
Честно, я и сама этот день особо никогда не жаловала. И даже в те минуты, когда я вальяжно отмахивалась и всех вокруг убеждала, что чихать я хотела на эти слащавые, розовые сопли, в душе мне было больно…
Хотелось так же, как и другие девушки, прихорашиваться перед свиданием, спешить на встречу, получить красивый букет «банальных» алых роз и знать, что в этом дне для меня тоже есть место.
Но… Кажется так думала только я…
Для Крестовского это оказался ничем не примечательный будний день.
Мы, молча, позавтракали, молча, разъехались по своим делам, и всё это выглядело, как в кино, когда все вокруг забывают про день рождения главной героини.
- Чего хмурая такая? – Сашка уплетала свое пирожное из местной столовой, а мне хотелось зайти к повару и надавать ему по башке за так безбожно испорченное лакомство.
- Ничего… день какой-то глупый! – Отбросила от себя подальше несвежую булку, и нахмурилась еще больше.
