Телохранитель взял в руки телефон, подключаясь к звонку. Он более, чем сердито отвечал мне на взгляд. Похоже, он говорил с дядей.
— Можешь оставаться. Но брата своего отправь в другое место. Более безопасное, другим не известное. Он предоставит вам обоим лишению угрозу.
— Так сказал Самир? — уточняю я.
Он припустил согласно глаза, заканчивая разговор, — на этом всё. Тебе остаётся ждать.
— Костя. О каком третьем лице шла речь?
— Я не имею право разглашать. Возможно… Ты и сама способна ответить на свой вопрос.
Константин резко приподнял подборок, уходя от темы. Через минуту я уже слышу, как спокойные шаги поднимались по лестнице вверх. Приставать к нему с расспросами я не стану — не имеет смысла.
Бессмыслица. Брат только вернулся к привычной жизни, и я сама не меньше. Раз проблемы столь велики, ошибки повторять не собираюсь! Только вот куда мне отвезти его? Безопасных мест, о которых не знает и сам Богачёв, единицы. Но мало не значит, что их совершенно нет. Разве что… Бабушка с дедушкой? Живут они далеко, там есть школа, в которую я раньше ходила. Дамир сможет перевестись.
Осталось дождаться вечера и рассказать дяде о плане. Я каждые пять-десять минут поглядывала на часы и мучала вопросами Константина, когда Богачёв приедет. Я уже давным-давно накормила Дамира ужином и осталась дожидаться. Чтоб растянуть смертную скуку, достала из холодильника единственную банку молока. Крышка была слегка приоткрыта, а другого холодного напитка не было, который утолил бы жажду и необоснованную жару в теле. Может, Константин или Самир хотели выпить и оставили?
Проходит меньше часа, а я чуть не погрузившись в сон, слышу тяжёлые шаги. Отпиваю пару глотков повторно и смотрю позади себя на дядю.
— Снова мучаешь себя? — сократив наше расстояние, он забрал у меня пустую кружку.
— Ты хочешь, чтоб Дамир уехал?
— Опасно ребёнку находится там, где проблемы могут решать не словами, — Самир потянулся рукой к моей спине, горячо потирая, — увезёшь его завтра.
— А… мы…? — произнесла по-тихому. Словно боявшись этого слова.
— Пока вопрос с переговорами не решится — сюда не вернёмся, — Богачёв спустил руку ниже, затрагивая талию. Он насильно приподнимает меня с места, ставя на ноги, — я провожу тебя до спальни. Ты не здорово выглядишь.
— Да нет… Я в порядке.
И действительно, как только я встала на свои ноги — они превратились в ватные. Я с трудом смогла сделать здоровый бодрый шаг вперёд. Наблюдать за моим улиточным состоянием Самир не хотел и, приподняв меня на руки, аккуратно поднялся по лестнице, сопроводив в спальню. Последнее, что я запомнила, были чёрные блики в комнате, куда свет не поступал.
Какое противное чувство….
Сразу как проснулась, я не могла нормально раскрыть глаза. Сердце бешено колотилось, а тело прекратило потеть и начинало мёрзнуть. Кажется, и правда заболела да вот как? На улицу я не выходила и сидела в основном дома. Вечером же всё было в порядке…
Заставив всеми силами себя думать, я попросила у Константина телефон, чтоб набрать бабушке с дедушкой и узнать смогу ли я отвезти к ним Дамира сегодня. Когда я услышала голос бабушки, то мне захотелось расплакаться и кинуться ей в обьятья. Бабушка мне заменила маму. Как же безумно я скучала по ним с дедом, всё это сложное время…
Бабушка согласилась, чтоб мы приехали сегодня, а я не хотела усугублять положение дяди и попросила Костю отвезти нас. Дамиру я объяснила, что мы с дядей будем заниматься рабочими делами и что он поможет мне устроиться на новую работу. А за это время он поживёт с бабой и дедой. Я очень долго смотрела в глаза брату, надеясь на то, что он мне поверил, но одно я знала точно — он не меньше меня желал увидеть наших родственников.
Проездили мы два часа минимум. Константина я уговорила подождать около машины и не показываться лишний раз. Мало ли бабушка начнёт задавать вопросы. Мы вышли к старому подъезду, набирая в домофон номер квартиры. Рядом с окнами на первых этажах всё ещё цвели розовые ромашки подруг бабушки и украшали всё это дело игрушками, созданными из-под машиной резины. Попав, я вспомнила запах лекарств, которым здесь веяло всегда. Дом старый, и жители в нём — тоже. В детстве вспомнила, как играла с внучками этих соседок в куклы, гостя у друг друга. Замечательно время.
— Какая ты у меня красавица, Анюша, — бабушка обняла меня крепко, а затем поцеловала Дамира в щёки, — не докормила ты быка своего! Смотри, какой он худущий.
— Нормальный я! — отчитывается брат.
— Вы, наверное, голодные с дороги, проходите бегом! — она закрыла за нами дверь, громко прокричав, — Вася!!! Они приехали!!
— Оба вымахали как… Анют, ты невесткой такой стала, — дедушка, повторяя за бабушкой, обнял и поцеловал. Он опустил сигарету, затушивая об сигарницу, — красавица. Ещё больше на отца похожа стала!
— Дедушка, ты же курить бросал, — сердито допрашиваю, — вредно это для твоего возраста…
— Ты меня в старики не записывай, давай! — он кашля, просмеялся, — Ника, давай, корми их обоих!
