Когда мы останавливаемся, я замечаю в его глазах тот же огонь желания, который видела вчера, опускаю голову и вижу, что он невероятно возбужден, его тело напряжено, у меня возникает непреодолимое желание помочь ему.
Я медленно провожу пальчиками по его груди, наблюдая за тем, как расширяются его зрачки, а потом ниже, по рельефному прессу… Но Яр с извиняющейся улыбкой аккуратно убирает мою руку и быстренько уходит в ванную комнату. Как только за ним закрывается дверь, я слышу щелчок замка.
Стою в недоумении, пытаюсь перевести дыхание.
Что это такое сейчас было?
Ярослав.
Находясь под ледяными каплями воды, пытаюсь снять сексуальное напряжение, отогнать наваждение, но ни черта не выходит. Член стоит, как каменный, и расслабляться не собирается, он жаждет получить желаемое тело.
Янка, конечно, та еще лиса, сначала соблазнила меня, а после разозлила тем, что ничего не сказала о своей невинности, а я дурак, сам ничего не понял, помутился рассудком под действием ее чар.
Я же мужик, мне все равно где, но я и предположить не мог, что она окажется девственницей. В голове не укладывается как это. У неё же Рудаков был, а тут, оказывается, он девочку мою не тронул, чему я, разумеется, невероятно рад.
Она досталась только мне, неужели я такой везунчик?
Долго злиться на Савушкину я, конечно же, не могу, тем более, она не сбежала, а даже завтрак приготовила, разбудила, устроила легкую сцену ревности, чем позабавила меня.
Если она все ещё думает, что снова уйдёт от меня к Сашке, то боюсь ее расстроить, сдаваться и отдавать своё я не собираюсь.
Дело даже не в ее невинности, а в том, что мы уже близки, близки внутренне и духовно. Она от меня никуда больше не денется.
Как бы велико не было мое наваждение, решаю, что трогать девушку не стоит хотя бы пару дней, но как сдержать себя не приложу ума, особенно если учесть то, что она сама пристает ко мне.
Немного придя в себя, выхожу из ванной комнаты и застаю Яну за просмотром телевизора. Подмечаю, что у нее немного обиженный вид, скорее всего, это из-за того, что я ей отказал, но у меня на то весомые причины.
То, что я хочу трахать ее, не подлежит сомнению. Мне одного раза, тем более по пьяни, очень мало. Это капля в море, но я постараюсь себя сдержать.
Решаю отвлечься завтраком, вернее уже обедом, пока моя хмурая девочка кидает на меня дерзкие взгляды, пытаясь вывести на эмоции.
Не поддаюсь.
Весь день мне приходится крайне тяжело, потому что Савушкина решила меня наказать, оставшись одетой в мою майку, то начинала крутить задницей перед моим лицом, то ножку на меня пристроит, то пальчиками по животу мне проведёт, то губы надует.
Нет от неё покоя.
Мы весь день проводим вместе и что самое интересное, мне не надоедает быть с ней рядом, все происходит так, словно мы делаем это далеко не в первый раз.
Все идёт замечательно, пока я не замечаю смену ее настроения, а на экране ее телефона имя ее уже бывшего парня.
Решаю пока не лезть в это дело, не устраивать ревностных сцен, надеясь на то, что она сама оборвет общение с ним, но долго я ждать не буду.
Ближе к ночи, когда мы устроились смотреть какую-то сопливую мелодраму, чего я делать вовсе не хотел, решаюсь с ней поговорить, узнать то, о чем думал весь день.
Лёжа на кровати, я притягиваю малышку к себе и целую ее бархатную шею, уже мало контролируя свои низменные желания.
– Я тут хочу у тебя кое-что спросить, – отрываюсь от неё, чтобы не натворить всяких дел.
– Да, спрашивай, – хрипит она, прикрывая голубые глазки.
Блять, ну как сдержаться-то? Как держать себя в руках, когда вот она, рядом, готовая на все, такая нежная, такая манящая…
– Почему ты не спала с Рудаковым, то есть, как так получилось?
Янка смущается, отводит взгляд и нервно дергает за край майки.
Ей явно не понравился вопрос, но мне нужно знать в чем дело.
– Не знаю… – тихо говорит она. – Он хотел, но я не была готова. Наверное, понимала, что это не мое.
Понятно. Пацан просто не знал, как подобраться к моей девочке. Значит, для неё я особенный, теперь в этом сомнений нет, тем более, я вижу, что она в меня влюблена. Впрочем, я чувствую к ней то же самое и думаю, что намного дольше по времени.
Я не забывал о ней все время, опускался на дно, перед глазами видел только ее, мучил себя, поступал неправильно, утопая в своей любви к той, которой я был не нужен.
Хотя сейчас я понимаю, что Сашка здесь совершенно не в счет, скорее всего, Яна не была готова к серьёзным отношениям со мной, не доверяла, вот и слилась.
Я не могу ее винить, ей было всего шестнадцать, а я слишком много от неё потребовал.
Савушкина хочет от меня закрыться, но я не даю ей этого сделать. Она пытается отвернуться, но я специально поворачиваю ее лицом к себе, чтобы видеть ее глаза.
– Вы занимались с ним чем-то ещё?
Девушка застывает и краснеет. Наверное, она думает, что я буду ревновать, и я буду, но ничего не стану ей предъявлять.
Было и было, мне просто интересно, что мне ещё предстоит о ней узнать.
