– Не переживай, малышка, ни о чем особенном, обычный диалог между друзьями, – пожимает она худыми плечиками, переводит быстро взгляд на Яра. – Я позвоню тебе позже.
Позвонит она! Брр, как же раздражает. Смотрю ей вслед, когда она уходит и думаю только о том, что этот парень теперь мой и я его никому отдавать не собираюсь.
Интересно, теперь я буду постоянно собачиться с другими девушками из-за Бесова?
Я обращаю взор на парня, который выглядит вполне себе спокойно, даже расслабленно, что раздражает меня в двукратном размере.
– Что? – спрашивает, замечая перемену моего настроения.
– Вы с ней просто друзья? Или что-то большее?
Яр хмурится, словно не понимая, зачем я это спрашиваю. Дружбы между парнем и девушкой не существует, тем более они раньше спали. Вон Рудаков с Одинцовой – прямое тому доказательство.
– Я же тебе говорил, раньше мы иногда спали, сейчас между нами ничего нет. Уже больше года.
Меня немного отпускает, потому что нахожусь в напряжении уже долгое время. С виду не врет и я ему верю, обманывать меня не имеет смысла, но все равно ситуация неприятная. Я не хочу, чтобы эта Соня постоянно кружила рядом с ним.
– Понятно, – говорю я и собираюсь уйти.
В данный момент я все еще не готова к серьёзному разговору по поводу его тёмного прошлого, да и место не самое подходящее.
Бесов идёт за мной следом, хочет взять меня за руку, но я не даю ему это сделать. Мне кажется, если он будет меня касаться, то я быстро поддамся его теплу и растаю. Я очень по нему соскучилась за эти дни, но мне было необходимо все обдумать.
– Ян, так какие у нас сегодня планы? – спрашивает, как ни в чем не бывало.
– Я хочу посидеть дома, нужно лекции повторить, – говорю то, что первое приходит в голову.
– Хорошо, значит посидим дома, – отвечает он вполне серьезно. – Я тоже идти никуда не хочу, погода не лётная.
Я останавливаюсь и поворачиваюсь к нему, разве он не понял намёк на то, что я ему отказываю.
– Нет, ты не понял, я у себя, а ты – у себя.
Яр смотрит на меня в недоумении, словно и правда ничего не понимает.
– Это как? – нахмуривается и поджимает недовольно губы. – Ян, мы не виделись три дня, не думаешь, что это чертовски долго? Я помогу тебе с лекциями, если это так важно.
Знаю я, как он будет мне помогать, по хитрому взгляду все понимаю, что весь вечер мы проведём в постели, практикуя различные упражнения.
Я уже собираюсь съязвить, как в кармане вибрирует телефон, спасая меня от объяснений.
– Отец звонит, это может быть важно, – говорю я и просто ухожу, оставляя его сзади себя.
Отвязавшись от Бесова, решаю прогулять оставшиеся пары и еду домой.
Ругаю себя за то, что почти сдалась, как только его увидела. Уже готова со всем смириться, но делать это слишком опасно. Меня совершенно не устраивает то, что какая-то Соня будет всегда тереться с ним рядом. Это вызывает во мне чувство ненужности и бурлящую злость.
Половина вечера проходит спокойно, а если быть точнее, то даже очень скучно, на стену лезть хочется от одиночества. Позже Яр сообщает мне, что заедет за мной после спортзала, но я отвечаю, что не в настроении и ему лучше поехать к себе.
Но Бесов не был бы Бесовым, если бы послушал и уже менее чем через час не стучался бы громко в мою дверь.
– Савушкина, в чем дело, что с тобой происходит? – накидывается он на меня прямо с порога.
В наглую заходит в квартиру, кидает на пол спортивную сумку и складывает свои большие руки на груди, тем самым привлекая мое внимание.
Я сразу вспоминаю, что он может вытворять этими руками. А губами…
Нет, Яна, успокойся, ты же ни какая-нибудь нимфоманка, чтобы в такой ситуации думать о сексе. Хотя было бы неплохо помириться именно так, только знал бы он, что я на него обиделась.
– Не понимаю о чем ты, – говорю, отводя взгляд.
– Три дня молчания, а сегодня весь день от меня шарахалась, как от прокаженного. Я уже и не знаю, что думать. Мне показалось, или ты не хочешь, чтобы все знали, что мы вместе?
Трудно было не догадаться. В эти дни, после того, что мне открылось, я не была готова с ним видится.
– А зачем, чтобы пошли слухи?
– Какие к черту слухи? Если ты не курсе, то всем и так уже известно, что мы вместе и я не собираюсь ничего скрывать, прятаться, ныкаться, если я хочу тебя видеть, трогать, целовать, то я буду это делать в любой обстановке.
Ох. В этом весь Яр. Я и не сомневаюсь, что он будет так делать. И что делал так раньше. У него такой темперамент, огненный, бешеный.
– Дело не в этом.
– А в чем тогда?
Время ему обо всем рассказать. Достаю телефон, захожу в переписку с Рудаковым и показываю ее Яру.
– В этом.
Не нужно много времени, чтобы он все понял. А самое необычное в том, что парень резко побледнел, сморщился и отдал мне телефон, смотря при этом очень виновато.
– Я пришибу твоего бывшего, – говорит он гневно, начинаю заводиться. – Мало ему тогда досталось.
– Он здесь не причем, не он же в главной роли… – еле выговариваю, стараюсь сдержать слёзы.
