- Зачем вы так? Что я вам сделала? Берите, что хотите, но верните его.
Орала я, мой голос был хриплый, но настойчивый. В ответ мне только ударил гром. Сидеть на одном месте было невыносимо, ведь на этом месте он сказал “прощай”, я на силу поднялась со скамейки напрочь промокшей. И поковыляла прочь от этого места теперь парки стали для меня самым страшным наказание, которое только мог выдумать Бог.
Блуждая, я полностью забыла о времени, я не обращала внимания, что уже начало темнеть. Значит, я уже хожу около семи часов, мама скоро начнёт волноваться, и будет меня искать. Вот было бы хорошо, если бы меня никогда никто не нашёл. Остановившись возле небольшой речки, я посмотрела на эту быстротечную речку, на эту прозрачную, воду, смотря как немые рыбки, плещутся, в воде, я захотела стать одной из них, что бы уплыть туда, где меня не найдут. На миг я задумалась над странной дилеммой, какая глубина здесь? На вид тут довольно глубоко. Я захотела утопить в этой воде всю свою боль, все мысли и всё воспоминания. Я захотела стереть всю свою жизнь.
Не снимая платье, я зашла в глубокую воду, я медленно приближалась к середине, и уже начала захлёбываться вводе. Ну, всё же на этом я не останавливалась. Уже когда моя голова тонула вводе, я отпустила наружу все мысли, и молила только об одном что бы родители простили меня за всё.
Что бы они были счастливы.
- Простите меня все. И прости меня любовь моя.
Прошептала я. Захлёбываясь в воде.
Сейчас у меня в голове была каша. Я вспомнила, как я с Витей первый раз поцеловалась, и как он меня проводил, домой хватая за руку. Я видела его лицо, которое было окутано белым светом, и я уж было подумала, что я в раю. Он был настолько реальным, и в тоже время нереальным. Я была рада, что выбрала именно этот путь.
3 ГЛАВА
Лучше смерть
Рада, что, наконец, то стану свободна от этого.
Что больше не вспомню о нём. Я уже могла почувствовать, как вода заполняет каждую частичку моего тела. Я это чувствовала помимо того, что уже не могла чувствовать ни ног, ни рук. Я была свободной.
- Доченька дорогая, очнись, прошу. Не уходи от меня не надо.
Доносились до меня голоса, они эхом отзывались в моей голове, среди всей этой каши голос матери был приятней всего на свете, как же я сейчас бы прижалась к ней и разрыдалась.
- Мама?
Открыв глаза, прошептала я, горло болезненно сжалось, и шёпот превратился в хрипоту.
На её лице были слёзы, она сидела на стульчике и опустила голову на моё одеяло. Только сейчас я заметила, что лежу в маленькой комнатке, где везде были какие, то приборы, не трудно было догадаться, что я лежу в больнице.
- Девочка моя, наконец - то, малышка, зачем ты это сделала?
- Меня бросил Витя. Мама я умру без него
- Боже мой, доченька. Знаешь, сколько у тебя таких будет, он не последний. Ты ещё найдёшь своё счастье.
- Здравствуйте мисс…Ну как вы себя чувствуете?
- Могло бы быть и получше.
Прохрипела я.
- Да в таком молодом возрасте, и так кончать жизнь, поверьте мне это не выход из ваших проблем. У меня много за всю практику было таких пациентов, поэтому я знаю, что говорю. Ты ещё молодая у тебя вся жизнь впереди.
Хм опять жизнь, да зачем мне она нужна без него? Слёзы опять вырвались на свободу, и моя боль начала опять разъедать всю меня. Она по кусочкам уничтожала то, что когда то было сердцем. Теперь там пустота, пустота которую никогда ни кто не сможет заполнить.
Мне стало противно жить, зная, что по этой земле ходит он, мне стало неприятно дышать воздухом, который когда то дышал он.
Я больше не могла находиться на солнце, которое обжигало меня, которое возрождало память о нём.
После больницы я полностью стала безжизненной куклой, я перестала смотреть на телефон на тот, самый который когда то мне подарил Витя, я больше не смеялась и не читала романы. Я перестала, долго гулять на улице, каждый раз, когда я прохожу мимо парка слеза вырываться наружу и в шелесте листвы я слышу всё тот же ласковый голос, который говорил мне, когда то ” я люблю тебя “.
Мир понемногу становился серым, днями я сидела над уроками, а потом до утра рыдала в подушку. Все вещи или игрушки, подаренные им, я выбросила, я сожгла память о нём, сожгла его фотографии вот только боль я не в состоянии сжечь. Теперь она моя соседка по жизни. Я была разбитой, как тот хрупкий хрусталь, который легонько зацепишь, и он разобьётся на маленькие кристаллики, которые уже нельзя ни собрать, ни склеить. Вот так и я разбилась на маленькие кристаллики. Дни летели как птицы, и моя боль становилась всё ужасней, не видеть его, ни прикоснуться к нему. Он вычеркнул меня из своей жизни, избавился от меня как от ненужной тряпки.
- Дзинь, Дзинь.
Раздался телефонный звонок
- Алло
- Нет, это не Юля, это её мать Катя. Ой, вы знаете, она сейчас не может подойти к телефону. Может ей, что-то передать? Да… Хорошо я ей передам. До свидания.
