Теперь вот нет, ни лучшей подруги, ни парня. А всё потому, что решила сделать сюрприз своему любимому мужчине и наведаться в его берлогу, без предупреждения. И застала там картину маслом: мой ненаглядный в одних трусах, открыл мне дверь, в изумлении застыв на пороге, а подружка, завидев меня, прикрылась первым, что под руку попалось — его рубашкой.
Не желая слушать никаких объяснений, рванула из подъезда. Вскочив в свою машину, направилась инстинктивно в сторону коттеджного посёлка, в котором, спокойненько проживала моя бабушка Аглая Петровна. Дочь, а потом и жена военного, погибшего при исполнении лет десять назад.
Голос владельца агентства и начальника в одном лице вещал с трибуны, заставляя сконцентрироваться на происходящем в зале. Рассмотреть того, кто стоит рядом с ним, отсюда не представлялось возможным, поскольку места впереди нас были заняты парнями, кои своим ростом заслоняли почти весь обзор.
Пусть ничего не видно, зато прекрасно узнала такой знакомый спокойный певучий голос. Он мог принадлежать только одному моему случайному знакомому ― Димитросу. Тому, чьи глаза цвета тёмно — зелёной листвы снились мне всю ночь.
"Вот тебе и никогда не встретимся", ― пронеслось в голове.
Так, стоп. А чего это я собственно испугалась. Ну-ка собралась Настасья, голову вверх и внимай говорящему начальству, а там поживём, увидим, что будет. То, что наш непосредственный начальник решил именно в этом году уйти со своего поста и передать его внуку Димитросу Танакису, стало неожиданностью для всех служащих.
Успокаивало всех лишь одно, обещание бывшего с этой минуты директора, что не будет пока никаких кардинальных перестановок кадров. Только если по мелочам. Все в смешанных чувствах покидали конференц-зал. Вернуться к работе после таких новостей будет трудновато, но мне не привыкать. Войдя в свою приёмную, увидела несколько пустых коробок на полу. "Это ещё, что за…". Тут из своего кабинета вышел наш зам Торцов и, увидев моё удивлённое лицо, поспешил обрадовать:
― Пакуй вещички, Анастасия, переводят тебя на шестой этаж.
Моё побледневшее лицо сказало ему о многом. Он вдруг засуетился и вложил мне в руки стакан с водой.
― Ну, ты чего так перепугалась девонька. Не на казнь же идёшь, а на повышение. Будешь на испытательном сроке работать с нашим молодым начальником.
― А почему именно меня переводят, есть много секретарей — референтов?
― Подробностей не знаю, вот у своего начальника и спросишь. Да, подойдёт сейчас твоя замена на месяц, введи её в курс дела. Удачи тебе Анастасия, если б мог, при себе бы оставил работать, но, увы, с начальством не спорят.
Развернулся, скрывшись за дверьми своего кабинета.
Тяжело опустилась на стул. Только на жалость к себе нет времени. Надо освободить своё рабочее место для моей замены. Пододвинув к себе поближе одну из картонных коробок, начала беспорядочно сваливать всё подряд из своих столиков.
Управилась на удивление быстро. Оставив инструкции на двух листах для своей преемницы, которая опаздывала минут на двадцать, поплелась в сторону лифтов. Из-за коробки, не сразу разглядела выходившего из открытых дверей лифта мужчину. Коробка уткнулась ему в грудь.
― Извините, ― хотела поскорее убрать коробку, но меня опередили.
Он с лёгкостью забрал её у меня.
Увидев, кто сейчас стоит прямо передо мной, повергло меня в ужас. Димитрос Танакис, собственной персоной. Преспокойненько себе так держит в руках коробку с моими вещами, а ногой придерживает двери лифта, не давая им закрыться. Вот и начался рабочий день на новом месте. Когда дверь распахнулась пошире, вскочила внутрь. Он не торопливо последовал за мной.
― Вам, на какой этаж, Анастасия? ― уточнил, с нескрываемым интересом разглядывая меня.
― Шестой, пожалуйста, ― отойдя, как можно дальше от него, настолько, насколько это было возможно.
Лифт тронулся, а я поражалась его спокойствию. Неужели он тоже не в курсе, что нам предстоит работать бок о бок, или просто хорошо это скрывает. Хотя если подумать, то офисы всех начальников отделов базировались именно на шестом этаже.
Вот сейчас и настанет минута истины. Лифт остановился.
― Вам куда? Помогу донести до рабочего места.
― Вероятно туда же куда и вам.
Одна бровь удивлённо приподнялась.
Продолжали идти рядом молча. Хотя Димитрос изредка поглядывал в мою сторону.
Остановился у открытой двери в приёмную, в которой его встретила бывшая секретарша его деда Кироса Танакиса.
Водрузив мои скромные пожитки на стол, обратился к ней с вопросом:
― Мой личный помощник ещё не появился?
― Она позади вас, сэр, ― с непроницаемым лицом ответила секретарша. Эдакая матрона в годах, в строгом костюме и пучком на голове.
Он замер, молча остановив на мне свой оценивающий взгляд тёмно — зелёных глаз.
Я конечно, готова хоть весь день стоять в дверях и любоваться нашим зеленоглазым изваянием, именуемым ныне моим начальником. Даже не против, что денежка без особого труда капает в мою зарплату, а часы всё так же отсчитывают время до окончания рабочего дня.
