Дверь закрылась непривычно тихо. Для Ника она точно разделила его жизнь на «до» и «после». Вот только неизвестно, когда оно «после» начнется.
— Бабуль, — он заглянул в гостиную, но Аделаида позвала сверху.
— Поднимайся сюда.
Ник нашел ее в своей спальне, где как всегда царил легкий бардак. Плед на постель брошен небрежно, на стуле висит футболка, в углу притаилась стопка с книгами на латыни.
— Бабуль, — Ник подумал и все же спросил. — Может, есть еще что-то?
— Думаешь я тебе не сказала бы? — Аделаида стояла у стола, где вперемешку валялись ручки, маркеры и амулеты.
— Ты, Ник, колдун бывалый. — мурлыкнул согласно Баюн. — Подсластить пилюлю было бы глупо. Заклинание не исцелит тебя, но хотя бы серьезно замедлит проникновение Печати в душу. Мы сумеем выиграть время до того, как найдем решение.
Аделаида уже деловито капала темно-зеленую жидкость в апельсиновый сок. При этом шептала заклинания, но не на латыни, а на более древнем языке.
— Оно хоть вкусное? — Ник принюхался.
Но воздух в комнате пах как всегда: его парфюмом и ароматами из приоткрытого окна.
— Оно не имеет вкуса и запаха. Ложись, я принесу тебе.
— Эх, хорошо бы потом проснуться от поцелуя возлюбленной. — подмигнул ей и Баюну Ник.
Он лег поверх пледа.
— Ты же не разрешишь им тут постоянно торчать? — спросил у бабули.
— Кто-то из нас всегда будет рядом. По очереди.
Аделаида наклонилась и поцеловала внука. Ей давно не было так тяжело. И давно она не ощущала себя беспомощной. Но если они выиграют время это уже хорошо.
— Ну…ваше здоровье, господа и дамы!
С этими словами Ник буквально в три глотка выпил сок. И откинулся на подушки. Спустя несколько секунд его дыхание выровнялось, затем замедлилось, как и сердцебиение. Ник застыл в подобие анабиоза. Только магическим путем.
— Про Спящую красавицу знаю. — пробормотал Баюн. — Но вот про Спящего красавца…
Аделаида мерила Нику пульс, глядя на часы. Только спустя три минуты удовлетворенно кивнула и встала, погладив внука по щеке.
— Я останусь с ним первая. — сообщила таким тоном, что Баюну оставалось кивнуть.
— Я тут тебе сказать хотел кое что.
Матильда уже устроилась в кресле рядом со спящим Ником.
— Ну так говори.
— Я тут узнал, что Ник про девушку одну говорит чаще чем обычно, переписывается с ней. Жениться обещал, как поправиться. Вроде бы в шутку, но я же слышал его голос.
— Ну зачем ты мне это говоришь? — устало спросила Аделаида.
Баюн красноречиво повел глазами. Мол, ну давай же, ты умная. На что бывшая Верховная хмыкнула, а затем резко выпрямилась.
— Девушка, значит?
— Я мимо ее дома пробегал. — голос кота напоминал мягкий мех под которым стальные когти. — Ну девочка весьма воспитанна и держит себя с достоинством. К Нику у нее достаточно ровное отношения, я не заметил признаков симпатии. Но и отторжения он не вызывает, что уже хорошо. Есть, конечно, недостатки в виде сводной сестры-кицунэ…
— Она сама кто? — кицунэ сейчас Аделаиду не интересовали.
— О, а это самое прелестное. — Баюн поднялся на задние лапы и что-то прошептал Аделаиде, после чего сел и продолжил уже нормальным голосом:
— Просто я не уверен, что Печати стоит это слышать.
— Ты прав. Не стоит.
Аделаида потерла лоб, но впервые за эти два дня у нее на лице появилась тень улыбки. Если шанс есть, то она его выгрызет для Ника.
А остальные ей помогут.
Илья хмыкнул уже вслух. Он сидел на скамейки, с которой открывался вид на большое здание в стиле «хай-тэк». Много бетона и стекла, которое снаружи казалось темным. У входа странная скульптура в виде гигантской блестящей капли. Вокруг разбит небольшой парк, где все точно проведено строго по линейке. Даже скамейка под Ильей выглядела идеально строгой и минималистичной. Зато неожиданно удобной.
Богатыри во главе с Черномором сегодня следили за тем, чтобы никто не потревожил ведьм в Вальпургиеву ночь. Главное торжество собиралось начаться с заходом солнца, а пока ведьмы развлекались в здании, где болтали, знакомились, покупали редкие зелья и товары, обменивались опытом, слушали выступления. Со стороны это выглядело как обычный фестиваль какого-нибудь «хэнд-мейда», когда полно продавцов, еще больше покупателей. Там обычно точно сами собой появляются кафе, кто-то устраивает перформансы.
