Когда-то друзья, а сейчас командиры двух противостоящих космических флотилий, через пять минут должны начать кровопролитное сражение. Они не первые и не последние, кого политика ставит по разные стороны баррикад. Казалось бы, сражение неизбежно, но с Терры звонит мать командора Стоуна, напоминает ему, что сегодня праздник – День Матери, и берёт с него обещание в такой день сражения не начинать. В империи командора Золтрана этого праздника нет, но и ему звонила его мать…
Флотилии противников, осторожно маневрируя, опасно сближались. Толпа, затаив дыхание, застыла в напряжённом ожидании… Хотя, в сущности, никакой толпы не было… и не так-то просто затаить дыхание в безвоздушной пустоте космоса.
На мостике флагмана Терры в нервном безмолвии выстроилась команда. Командор со стальным взором, волевым подбородком и отличной выправкой так и просился быть запечатлённым в блокноте художника. Не разжимая рта, он кивком велел офицеру связи включить главный экран.
Под резкий свист помех на экране появилось изображение неприятеля. На первый несведущий взгляд обывателя, это был всего лишь ещё один из представителей расы крупных космических рептилий, но на сей раз в военном мундире. Командор терран не был новичком в космических контактах и безошибочно распознавал индивидуальные черты неземных рас.
– Итак, Золтрон? – резким голосом спросил он. – Ты изменил свои намерения? Это последний шанс избежать кровопролития. Ты не хочешь отказаться от своих претензий на этот сектор и отвести корабли?
Противник ответил лающим смехом.
– Право, Реймонд, я ожидал, что ты знаешь нас, или, на худой конец, знаешь меня. Неужели ты думаешь, что я спасую перед угрозами?
– Командор Стоун готов к действиям в сложившейся обстановке, – резко отчеканил командор флагмана. – Я тоже полагал, что ты лучше меня знаешь, Золтрон. Даю тебе пять минут на отвод твоих кораблей. Или мы откроем огонь.
Глядевший с экрана Золтрон ответил не сразу.
– Мы давние друзья, Реймонд, – наконец тихо промолвил он, и в голосе его прозвучало сожаление.
Командор терран тоже помолчал, вспомнив прошлые годы, счастливые дни их дружбы… совместные пикники, семейные встречи… он сам удивлялся своим отношениям с инопланетянином.
Но всё это теперь в прошлом.
– Времена изменились, Золтрон, – твёрдым голосом промолвил Командор. – Мы не первые и не последние друзья, которых политика делает врагами. Помнишь, как мы шутили, представляя себе ситуацию, когда мы оказываемся по разные стороны баррикад? Как видишь, этот час пришёл. У тебя в запасе пять минут, дружище.
Короткий прощальный кивок, – и на экране снова картинка двух противостоящих флотилий, словно повисших в неподвижном вакууме космоса.
– Вот так, – сказал про себя Командор, а затем суровым голосом отдал приказ: – Слушай мою команду! Занять места согласно боевому расписанию.
– Есть занять места, сэр!
– Сэр! – перед Командором снова возник офицер связи. – Вас опять вызывают с Терры.
Командор нахмурился, пытаясь спрятать недовольство столь неожиданным вмешательством. Кому, чёрт возьми, вздумалось звонить ему в этот час? Неужели что-то изменилось в планах командования?
– Переключите разговор сюда, – велел он офицеру, стараясь скрыть своё недовольство. Опять раздался режущий уши свист.
– Командор Стоун на связи, – ответил Командор, зная, что изображения звонившего на экране не будет.
После недолгого молчания раздался чей-то неуверенный голос.
– Рейми? Ты слышишь меня?
Члены экипажа флагмана испуганно переглянулись, и все, как по команде, уставились на Командора. Тот ошеломлённо смотрел на коммуникатор. На его лице застыл ужас.
– Мама? – наконец вымолвил он.
– Ты здесь, Рейми? – В голосе появилось больше уверенности. – Я позвонила, чтобы узнать всё ли у тебя в порядке?
– Мама, как это тебе взбрело в голову звонить сюда? – Командор бросил растерянный взгляд на подчинённых. Те сделали вид, будто ничего не видят и не слышат. – Твой звонок обойдётся в целое состояние!
– Согласна, это будет недёшево, но уж как-нибудь справлюсь. – Огромное расстояние не могло заглушить страдальческих ноток в голосе матери. – Но возможность слышать тебя, сынок, многого стоит, поверь мне.
– Чего ты хочешь, мама? Я в некотором роде занят.
– Я знаю, знаю. Ведь мой сын большая шишка в космических войсках. Я, кажется, состарюсь и умру, так и не дождавшись, когда ты сам позвонишь мне.
– Это верно, я очень занят, – сердито проворчал Командор. – И сейчас момент для разговоров особенно неудачный. Поэтому поскорее говори то, что хотела сказать.
– Я просто хотела узнать, что с тобой всё в порядке, сынок, – повторила мать. – Сегодня День матери, а от тебя – ни весточки. Я испугалась, что с тобой что-то случилось.
– Ничего не случилось, мама, – недовольно возразил Командор. – Я в полном порядке, просто очень трудный день… И с каждой минутой становится всё труднее…
– Я так и знала, что что-то важное произошло, когда ты не поздравил меня с днём моего рождения и не приехал на Рождество. Ведь ты не мог просто так забыть поздравить меня с Днём матери, если бы что-то не произошло? Что-то очень серьёзное, когда речь идёт о жизни или смерти. Ведь так?
– Да, так оно и есть, мама, сейчас и вправду речь идёт о жизни или смерти, – согласился Командор Стоун. – До начала военных действий у нас осталось несколько минут, а мне ещё столько надо сделать. Так что, если тебе больше нечего сказать…
– До начала чего? Военных действий?
– Это так, мама. Поэтому…
– В День матери?
