Вновь часто киваю и кусаю губы, чтобы скрыть глупую улыбку, которая норовит приклеиться к губам. Наверное, в этот момент моё сердце, а не тело, без опасений отзывается на обещания Кирана и готово выпорхнуть из груди, потому что верит – он будет меня ждать.
Киран укладывает меня обратно на кровать и ложится сверху. Больше не пытается быть напористым и не настаивает на продолжении. Наш поцелуй не превращается в страстный и несдержанный. Хотя я чувствую, как парня трясёт от этой пытки – сдерживать желание. Тяжёлое горячее дыхание Кирана распаляет меня настолько, что кажется, будто кожа сейчас расплавится. Там, где он касается теперь почти невесомо, словно остаются ожоги от его с трудом сдерживаемой страсти. Фантазия рисует то, что сегодня между нами не будет…
И чтобы немного усмирить наш пыл, говорю Кирану, что проголодалась. Мы возвращаемся к столу. Сам ужин проходит в приятной атмосфере. С одной лишь разницей – я смотрю на Кирана не как на друга. И он смотрит на меня совершенно особенным взглядом.
Мы не обсуждаем деталей предстоящего года: когда будем созваниваться, будем ли отправлять сообщения друг другу по утрам с пожеланиями хорошего дня. Всё это обсудить мы ещё успеем. Сейчас мы говорим о Милфорде, родителях, друзьях. Вспоминаем весёлые случаи из старших классов…
Сейчас Киран выглядит иначе. Стряхнув с себя маску крутого парня, он превратился в интересного, весёлого и даже обычного парня, и мне безумно весело в его компании. В общем, очень приятный вечер.
Даже не верится…
Вскоре яхта прибывает в бухту. Мы покидаем каюту и шагаем по палубе, держась за руки. Неожиданно Киран тормозит меня. Не понимаю, в чём дело, а потом вижу Маркуса. Он дожидается нас возле трапа.
– Мы же вместе, Ис? – вдруг с нажимом уточняет Киран.
Я перевожу на него недоумевающий взгляд.
А разве недостаточно того, что мы провели прекрасный вечер и действительно сблизились? И для этого совсем не обязательно заниматься сексом. Но вслух я говорю совсем другое.
– Что между вами происходит? – уже, наверное, в тысячный раз задаю этот вопрос.
Однако отвечает мне не Киран, а подоспевший Маркус:
– Пари! Вот, что между нами происходит. У Кирана был один шанс – эта ночь. И что-то мне подсказывает, что он не получил желаемого. Я прав, бро?
Холт самодовольно скалится. Киран сжимает и разжимает кулаки. А я со своей наивной влюблённостью лечу в какую-то пропасть.
Между ними завязывается ссора. Киран пытается доказать Холту, что мы вместе. И что дело не в сексе.
Боже, противно до жути…
Холт расслаблено напоминает Кирану об условиях пари.
Ещё противнее!
Вырываю руку из захвата Кирана, а когда он хватает меня снова, раздражённо выпутываюсь из его объятий. Маркус тоже пытается ко мне прикоснуться, но я отпихиваю и его руки.
– Боже, вы такие мерзавцы! – с горечью протягиваю я.
Больше мне сказать нечего, к тому же к горлу подступают рыдания, а к глазам – неконтролируемые слёзы разочарования. Но я не намерена этим двоим показывать свою слабость.
– Да пошли вы оба! – выпаливаю и практически бегом покидаю яхту.
Она только что вернулась. Я не видел её целый год, но всё равно знал, как именно он прошёл.
Чёртовы соцсети!
Исабель блистала в Фэйсбуке на многочисленных фотографиях своих новых друзей – умненьких опрятненьких студентов Йеля. А ещё часто появлялась на фото с Маркусом под ручку, чёрт бы его побрал. Студенческие вечеринки, катание на сёрфинге в выходные, прогулки по Нью-Хейвену – они всегда были вместе.
Она простила его. По слухам, которые быстро расползались по соцсети, стало известно, что они теперь вместе. А я просто остался не у дел. И не имел возможности высказаться, объясниться. Потому что год назад, с того вечера на яхте до самого отъезда в колледж, она попросту меня игнорировала.
Мои сообщения оставались без ответа. Звонки перебрасывались на голосовую почту. А в её дом меня не впускал Кристиан Васкес – её отец. Он слишком сильно любит свою дочь и чрезмерно её опекает. Она попросила его меня не впускать, и он не впускал. А я не винил его за это, потому что сам был готов выполнять любые просьбы Исабель. И когда она всё-таки взяла трубку и попросила оставить её в покое, оставил. Вновь поставив «нас» на паузу.
Неторопливо перемещаюсь по пляжу, во все глаза наблюдая за Исабель. Она стоит совсем одна, в руке держит бутылку пива, обхватив горлышко пальцами. Не спешит пить свой напиток, словно кто-то всучил ей его, а она просто не смогла отказаться.
В метре от девушки расположена бочка, из которой бьёт высокое пламя. Исси наблюдает за вылетающими из него искрами и выглядит так, будто глубоко задумалась. Об этом говорит узнаваемая морщинка между бровями и напряжённые скулы.
