Марк сделал несколько шагов к шкафу рядом с ванной. Открыв его, он принялся доставать из своей спортивной сумки вещь для своего образа на тематический вечер.
– «Должно быть, они уже там. » – Подумал Марк и взялся за шнуровку кроссовок.
Неоновые огни ослепляли, алкоголь струился бордовыми реками. Переступая порог темного помещения, Марк словил резкий контраст с солнечного света до искусственного, беспощадно режущего глаза.
– «Кажется, то, что я видел в лесной подземке не сравнится с тем, что я вижу в данный момент..» – Подумал он. Хорн хотел развернуться, чтобы уйти, как тут же почувствовал легкое прикосновение к своей кисти правой руки.
– Марк? – Удивленно окликнул мужской голос.
– Твою мать. – В пол голоса произнёс черноволосый парень, увидев Августа.
– Три секунды? – Уточнил Август, не отстраняя своей руки от рядом стоящего Марка. – Я не стану реагировать на то, как ты нагло стащил мою спортивную повязку, но..
– А я, пожалуй, среагирую. – Ответил тот. – Хочешь сказать, что я твой самый страшный кошмар?
– Откровенно говоря, одолжить твои вещи было задачей не из лёгких, однако, Агнесса меня выручила. – Добавил Август, наблюдая за реакцией парня.
– Надо же, а я начал думать, что у меня уже поехала крыша. – Сказал Марк.
– Могу сказать то же самое и про мою повязку. – Дополнил блондин, разглядывая лицо Марка в абсолютной темноте в сопровождении непостоянных лучей синего и красного цвета.
– Впринципе, картинка сложилась. – Произнёс Марк. – Ты все ещё не ответил на мой вопрос.
– Я отвечу, но не здесь. – Наклонившись чуть ближе, сказал Август.
Казалось, что из всех присутствующих, музыка оглушала только этих двоих и судя по включенному року, за играющие композиции отвечала Агнесса.
Август потянул парня за собой, и Марку потребовалось некоторое время, чтобы понять, куда он ведёт его. Придя на локацию, выбранную Августом , он окинул секундным взглядом обстановку вокруг них дабы убедиться в отсутствии лишних ушей.
– Забавно. Ты называешь меня идиотом, но при этом, покорно согласился идти по моим следам, не зная, куда они заведут тебя. – Отшутился Август.
Медленно опрокинув голову наверх, Август рефлекторно поймал взгляд Марка. Серые глаза, на которые падало отражение едва выглядывающего полумесяца на небе. Они уже не казались такими устрашающими как раньше, но боль, переполняющая его сердце ,все ещё продолжала давать знать о себе, мелькая в дымчатых радужках.
Август потянулся к Марку, заведомо встав на носки. Он прикоснулся своей правой ладонью усыпанной веснушками к лицу парня, раскинув свои пальцы на его щеке.
Марк не предпринял ничего, чтобы прервать жест парня. В этот момент, блондин казался Марку солнцем, пробивающимся сквозь сотни теней и засыпанным звёздами горизонта. Создавалось ощущение, что совсем не Луна на небе являлась источником света, а рядом стоявший, чуть ниже, парень.
– Ты надел его. – Внимание Августа привлёк крохотный кулон, свисающий на серебрёной цепочке у Марка, поверх чёрной футболки.
– Разумеется, я надел его. Иначе, боюсь предположить, чтобы ты мне устроил, не сделав бы я этого. – В шуточной манере ответил Марк. – Но толстовку все же попрошу вернуть обратно на базу.
– Я успел к ней привыкнуть и поэтому мы идем разом в комплекте. – Выдал Август.
Обычно, подобного рода вещи он мог позволить себе произносить без доли смущения в адрес бесконечного числа девушек, чего не скажешь сейчас. Парень надеялся, что Марк не заметит его красные от неловкости щеки. Тихий шелест листьев и звуки крошечных кузнечиков. Августу казалось, что мир замер.
– Мне комфортно с тобой. – Признался Август. – Я сравниваю это ощущение с грозой за окном, в доме которого тепло и спокойно.
– Ты абсолютно не знаешь меня, чтобы говорить подобные вещи.
– Я хочу узнавать тебя. – Признался он. – Я не заслужил и капли твоей взаимности?
– Август, быть мной означает запирать свои чувства на замок, не позволяя себе кому-то о них рассказать. Расскажу – буду уязвимым, и это станет лишь ещё одним поводом для ненависти к себе. Быть мной означает делать заинтересованный вид, когда кто-то чем-то делится, хотя всё, чего мне хочется – исчезнуть. Я ничего не смогу изменить, даже если очень сильно этого захочу.
– Но разве это причины для меня? Причины не рассказывать тебе о том, что я испытываю, находясь рядом?
– Август. – Шепотом произнес Марк. – Я не воспринимаю твои слова всерьез. Ты можешь получить всё, кроме моих чувств.
Яркие лунные блики больше не отражались во взгляде Августа, а к горлу неторопливо подступала тяжесть, сковывающая возможность издать и малейший звук.
– Пожалуйста, верь мне. – Выдавил Август. – Я отдам тебе свою лучшую сторону, я смогу.
