- Вам прекрасно известно, де Торрес, кто я такой! - завопил Сапилоте, открывая лягушачий рот не в такт словам. - Чем занят бородатый недоумок, что рядом с вами?
- Этот джентльмен - мой внучатый племянник, сэр Гектор Харапо, Рыцарь Алой Розы, и он заполняет бланки как претендент на пост президента республики. У вас есть по этому поводу возражения?
Генерал-президент Сапилоте вовсе не случайно правил все эти годы целой планетой. Он открыл было рот, но тут же, овладев собой, закрыл. Краска сбежала с его лица, гнев в глазах уступил место более для нас опасной расчетливости.
- Я не возражаю. - Голос Сапилоте теперь звучал так же спокойно, как голос де Торреса. - Но регистрация начнется только завтра, пусть завтра и приходит.
- В самом деле? - В улыбке де Торреса не было и намека на теплоту. - Вам следовало бы внимательней знакомиться с решениями вашего собственного конгресса. Сегодня утром в действующее законодательство внесена поправка, согласно которой регистрация не только открывается сегодня, но сегодня же и закрывается. Хотите взглянуть на копию отчета утреннего заседания?
Де Торрес демонстративно сунул руку в нагрудный карман. Он, конечно, блефовал, но делал это мастерски. Сапилоте покачал головой.
- Разве кто-нибудь сомневается в правдивости слов такого известного человека, как вы, маркиз? Нет, ни в коем случае, но для регистрации сэру Харапо необходимы копия свидетельства о рождении, справка о состоянии здоровья…
- Все здесь. - Я приподнял кейс и улыбнулся во весь рот.
Глядя в змеиные глазки Сапилоте, я почти видел, как в его голове лихорадочно бегают мысли. Отделаться от конкурентов хитростью не вышло, оставалось насилие. Если бы удалось устранить нас потихоньку, уверен, он бы, глазом не моргнув, прикончил нас, но прибыли мы с шумом, с помпой, свидетелей хоть отбавляй, а маркиз - слишком видная в здешнем обществе фигура, чтобы его смахнуть, как пылинку с лацкана. Зловещая тишина затянулась. Наконец, приняв решение, Сапилоте махнул рукой, мол, черт с вами.
- Заполняйте бумаги, - приказал он мне и повернулся к де Торресу. - А у вас, Гонсалес, в этом деле какой интерес? Неужели ваш внучатый племянник не обойдется без няньки?
Маркиз будто бы и не заметил, что диктатор обратился к нему по имени - явное оскорбление по здешним понятиям, и ответил совершенно спокойно:
- Нет, Джулито, он не нуждается в няньке. - Уменьшительное от имени диктатора прозвучало как пощечина. - Я - его партнер, баллотируюсь в вице-президенты. Когда нас изберут, я первым делом вышвырну вашу гнилую администрацию из столицы.
Показное спокойствие оставило Сапилоте, и он заорал:
- Никто не смеет разговаривать со мной в подобном тоне!
Диктатор дрожал от гнева, пальцы вцепились в ручку револьвера.
- Я разговариваю с вами так, потому что стану вице-президентом лишь ради того, чтобы раздавить вас, как букашку, ничтожный человечишка!
Внешне спокойный, маркиз был зол не меньше Сапилоте. Достойного пути к отступлению ни у одного из них не существовало.
- Не поможете ли вы мне с этой бестолковой анкетой? - Я встал между ними, поднес лист бумаги к самому лицу Сапилоте. - Вы - президент, значит, все знаете…
- Прочь, дубина!
Сапилоте оттолкнул мою руку. Я покачнулся и, сохраняя равновесие, вцепился в его мундир. В воздух полетели бланки. В гневе диктатор ударил меня кулаком по лицу. Едва заметный поворот головы - и его кулак лишь скользнул по моей щеке. Я непонимающе взглянул на диктатора, пожал плечами и нагнулся, собирая с пола бумаги.
- Если даже вы не знаете… Что ж, спрошу у клерка. - И, волоча ноги, я побрел в угол комнаты и уселся за письменный стол.
Явный идиотизм моего поведения несколько разрядил обстановку. Сорвав на мне гнев, Сапилоте вроде бы слегка успокоился, проницательный же де Торрес верно истолковал мои действия. Повернувшись спиной к диктатору, маркиз подошел ко мне.
- Спасибо, Джим, - проговорил он тихо. - Сегодня вы спасли меня от самого себя. - И громко, чтобы слышали все, добавил: - Давайте помогу вам, сэр Харапо, в этих анкетах сам черт ногу сломит.
Выстрела в спину я не опасался, полагаясь на сыновей. Но до схватки дело так и не дошло - последовали команды, и, повернувшись, я увидел, что Сапилоте уходит, его люди следуют за ним. Дверь за последним ултимадо захлопнулась, и я перевел дыхание.
- Вы были правы - политика захватывает не хуже азартной игры, - признался де Торрес. - Давайте быстрее заполним эти чертовы анкеты и уберемся отсюда.
Нас больше не беспокоили. Покончив с бесчисленными анкетами, мы отдали их клеркам, те понаставили на них подписей и печатей, вручили нам копии. Маркиз и я не торопясь спустились по лестнице, близнецы прикрывали сзади.
- Начало положено, - сказал де Торрес. - Врагом, который продаст душу дьяволу, но с нами разделается, мы обзавелись.
- Это точно. Думаю, без боя из города он нас не выпустит.
- Он не осмелится!
