– Все в порядке, – говорю правду. Потому что все и правда в порядке. Такой порядок мне очень-очень нравится. Я кайфую от него. Этого «порядка» у меня никогда не было, но даже когда он походит на абсолютный хаос, мне кайфово как никогда.
Мы доедаем в тишине, Соне все еще сложно, а я просто не понимаю пока, в каких рамках мне надо действовать. Могу ли ее обнять? Или это уже будет слишком? Мы договорились не заниматься сексом без отношений, а целоваться? Блин, сложно! Меня внезапно осенило, что я хочу всего и сразу с этой девчонкой. Хочется ее радовать и баловать, дарить счастье и улыбку на красивом лице.
Ладно. Просто надо аккуратно прощупывать границы, а там само собой, наверное, все будет.
– Мне нужно покормить Мишку, – говорю ей, когда заканчиваем ужинать.
– Ой а я тоже хочу, – улыбается сразу. У них с Мишаней связь, я даже так неадекватно ревную, что даю себе подзатыльники за тупые мысли. – Мы сегодня с ним поссорились.
– Когда ты собиралась сбежать? – усмехаюсь, когда она снова краснеет. Ну что? Я же не тупой. И предположение мое явно оказывается верным.
– Я хотела прогуляться. Откуда ты узнал?
– Я не знал, – пожимаю плечами. – Но Миша бы выпустил, если бы ты была без чемоданов. А так… Я запретил ему.
– Так это ты! – говорит она и округляет глаза. – Но откуда ты все-таки мог знать?
– Нетрудно было догадаться, что ты захочешь убежать, а не поговорить по-взрослому.
– Это намек на то, что я еще слишком маленькая?
Нет, это намек на то, что я слишком старый для тебя, и я искренне надеюсь, что для тебя это не имеет никакого значения.
– Нет, просто констатирую факт. Факт ведь?
– Ха-ха, – закатывает глаза, встает из-за стола и выбегает на улицу вперед меня.
И мне снова кайфово. Снова нравится вообще все. Ее язвительность мимолетная, смущение, даже любовь к моей собаке. Я просто кайфую от того, что она тут находится. Ей идет этот дом. А дому подходит она.
Не представляю, как она жила в той жуткой квартире. Соня из тех девушек, для которых и дворца мало будет. А там… Я, конечно, помогу ей квартиру вернуть. Ремонт сделаем, без вопросов. Но… Но пусть она сдает ее, а живет со мной. Там и район-то не особо безопасный, я поседею раньше времени в волнении о ней.
И даже если у нас с ней вдруг ничего не получится, я ее не оставлю. Помогу с жильем, значит, просто немного иначе.
Выхожу на улицу с едой для Мишки, они обнимаются, валяются на траве. Сонечка хихикает, тискает пса, а тот и рад, что такая красота в нашем доме появилась. Мы оба с ним в нее влипли, он даже быстрее, чем я. Сразу почувствовал, что наше это, отпускать нельзя.
И не отпущу. Сделаю все, чтобы моей была. Заставлю ее улыбаться и светиться от счастья, забыть обо всех проблемах и излучать радость.
– Миша, пошли, – зову его, отрывая от Сони, и он нехотя, но все-таки идет за мной.
А потом я возвращаюсь и вижу Сонечку, лежащей на траве. Она раскинула ноги и руки, точно звездочка, и просто смотрит в уже вечернее небо.
А у меня сердце останавливается. От того, какая она красивая. От того, какое умиротворение на ее лице, и… И от того, что она может замерзнуть!
Поэтому я без лишних вопросов и слов подхватываю ее на руки и несу в дом, наслаждаясь ее неожиданным вскриком и негромким смехом.
– Мирослав! – хохочет, хватаясь за шею.
– Земля еще холодная, не хочу, чтобы ты заболела, – отвечаю ей и опускаю на диван в гостиной, но она не дает мне выпрямиться. Не отпускает шею, держит крепко, и мы снова так близко, что я чувствую ее запах. Тонкий, сладкий, манящий.
Это невозможно. Я сейчас ее поцелую, и она снова скажет, что все слишком быстро развивается.
А как не целовать, когда эти губы так близко?
– Сонь? – говорю негромко, голос хриплый, я как пацан, влюбленный впервые в жизни.
– Спасибо большое, Мирослав, – у нее подбородок дрожит, и глаза наливаются слезами. Моя девочка… Как же тебе было тяжело.
– За что, Сонь?
– За заботу. – По щеке стекает слеза, я стираю ее пальцем и присаживаюсь на диван, крепко-крепко обнимая Соню.
Я сделаю ее счастливой, чего бы мне ни стоило.
Мне кажется, что я счастлива.
Нет, правда.
Я никогда еще не чувствовала себя так цельно, спокойно и хорошо, как сейчас. Разве это не то самое пресловутое счастье? Разве не оно?
Мне… мне постоянно хочется улыбаться. Не знаю, как и почему, но очень хочется! И я даже иногда прикусываю щеку изнутри, чтобы не выглядеть слишком довольной дурочкой. Ну потому что разве у меня очень много поводов для улыбок?
Из квартиры выгнали, лишили наследства родителей. Я осталась совсем одна. Меня ударили, чуть не надругались, мне было так плохо и страшно, как никогда в жизни…
