- Во флирте главное, при всей кажущейся близости, оставаться немножечко недоступной. Быть совсем рядом, но всегда чуть-чуть не дотягиваться. Быть на расстоянии вытянутой руки, но не прикасаться. Быть настолько близко, насколько ты никогда бы не позволила себе в обыденной жизни, но при этом всегда, подчеркиваю – ВСЕГДА - в полушаге друг от друга. Это важно. Это и делает флирт - флиртом. Понимаешь?
- Да. То есть, нет. Не понимаю, при чем здесь перчатки?
Ирма вздохнула и покачала головой.
- Дитя... Перчатки - это то, что всегда отделяет твою руку от руки партнера. Даже в танце, который сам по себе означает близость, между вами всегда есть что-то, что не дает вам быть слишком близко друг к другу. Эта и есть та самая грань. Дымовая завеса, без которой пропадает волшебство. Это препятствие, пусть тонкое и весьма символичное, к тому, чтобы вы стали СЛИШКОМ близки.
Она многозначительно посмотрела на меня и поняла, что ничего из того, что она сказала, до меня не дошло.
- Просто надень их. - сказала она и вручила мне тонкие лоскутки. Я надела и их и удивилась, до чего же красиво они сели. Руки мои словно покрыли черным шелком, который стал моей второй кожей, и это было непривычно. Я даже не знала, что простые перчатки могут так изменить облик. Даже не облик, нет. Ощущение. Странным образом, хоть не поняла и половины из того, что Ирма объясняла мне про загадочность и дымовую завесу, я почувствовала себя женственной и таинственной.
Мы вышли из комнаты в десять часов вечера. За окнами уже стемнело, и луна подглядывала за нами свозь неплотно прикрытые портьеры.
- А куда мы идем?
- Бал будет в столовой.
- А как гости приехали? Я имею в виду Фоса. Неужели никто не побоялся?
- Все приехали днем. Ты, сидя в своей библиотеке, все пропустила. Меньше читать надо. Днем Фос не приходит, ты же знаешь. Ну, а в замок Фосу не пробраться.
- Ну как сказать. Ведь совсем недавно ему это почти удалось.
- Ну не удалось же. Кроме того, странно, но именно в ночь бала Фос и сам старается сторониться замка. Ходит в округе, но близко не подходит.
Так за разговорами мы не заметили, как пришли. Уже подходя к столовой, я услышала гомон сотен голосов – их смех, их радость, их удивление, смешанное с восторгом. Я никак не ожидала, что людей будет так много. Честно говоря, уже в этот момент у меня возникло постыдное желание развернуться и отправиться прямиком в библиотеку, на ходу снимая с себя украшения и перчатки, но твердая рука Ирмы, лежащая на моей спине, отрезала мне путь к отступлению.
- Не бойся. – шепнула она мне на ухо.
- Я и не боюсь.
- Трясешься, как заяц. – тихонько хихикнула она.
- Мне все это кажется совершенно дурацкой затеей. Зря я пришла сюда.
- Абсолютно не зря, мой трусливый зайчик. Я скажу тебе больше – эту ночь ты не забудешь никогда. Я смело, со всей ответственностью, берусь утверждать, что больше нигде и никогда ты не увидишь того, что будет сегодня. - я лишь кинула на нее взгляд, полный немого крика о помощи, но увидев в ее глазах знакомый огонек, который уже видела однажды, когда мы подняли на уши целую кухню, поняла, что она уже ни за что не даст мне уйти.
Не успели мы вплотную приблизиться к дверям, как они распахнулись, впуская нас в полумрак крошечного коридора, служащего вестибюлем столовой. Сейчас здесь было темно из-за окружавших нас портьер, которыми было завешано и без того крошечное пространство, создавая ощущение маленькой пещеры, в темноте которой горели две свечи. Они были в руках встречающего нас человека в маске с огромным длинным носом и закрывающей лишь верхнюю половину лица.
- Добрый вечер. – произнес он тихо, и губы его растянулись в широкой улыбке. – Сердечно рады видеть Вас. Пожалуйста, внесите свой вклад.
- Вклад? – удивилась я. – Но у меня нет денег.
Тут Ирма заговорила у меня за спиной. – Деньги и не нужны, моя хорошая. Нужна музыка.
Тут незнакомец в маске ловким движением убрал руки от свечей, которые так и остались висеть в воздухе, тихо покачиваясь из стороны в сторону. Руки его исчезли в темноте, а через секунду появились снова перед моими глазами, заключая в себе странный предмет – хрустальный тетраэдр, размером немногим больше спичечного коробка, который переливался под мягким светом свечей. Ирма обошла меня, закрыла глаза и внезапно тетраэдр заискрился, словно внутри вспыхнул радужный взрыв, разбрасывая разноцветные вспышки по собственным граням.
- Это совершенно не сложно. Просто подумай о своей любимой песне, и она перенесется сюда.
- Да, но... - я представила себе, как великосветское общество в вечерних нарядах будет сочетаться, например с Linkin Park или Rammstein. Не то, чтобы мне нравилась эта музыка, но посмотреть было бы весело. - Я не думаю, что моя музыка будет уместной... здесь.
- О, не волнуйся. Любая музыка есть музыка. Она универсальна и здесь рады каждой. Ты даже не представляешь, какие удивительные мелодии привозят сюда наши гости.
- Но зачем?
