– Увидимся на следующей неделе, – сказала Лейси владелице дома номер 212 по Герон-авеню. Так уж вышло, что это была Бидди Кромвелл.
Бидди – женщина неприятная во всех отношениях, в этом не могло быть сомнений. Но после обращения в разные службы относительно трудоустройства Лейси решила действовать иначе и позаботилась о доставке рекламной листовки в «Превосходные вещи». Она рассчитывала, что Бидди наймет ее хотя бы из любопытства. Стратегия сработала. Более того, друзья Бидди тоже ее наняли. Конечно, эта женщина нисколько не изменилась, но приходилось терпеть, и Лейси не обращала внимания на всевозможные колкости и мелочные придрирки.
– Ты вытерла пыль с верхних полок кухни? – Бидди всегда приберегала что-то на самый конец, вероятно, всякий раз тщательно обдумывая, к чему бы придраться, не повторяясь при этом. Но она все же наняла Лейси для уборки в магазине дважды в неделю, и ради денег стоило потерпеть.
– Нет, – спокойно ответила Лейси. – Я сделаю это прямо сейчас. – Она знала, что ее невозмутимость ужасно раздражала Бидди.
– Но я не буду платить тебе за то, что ты задержалась дольше положенных трех часов, – заявила Бидди. – Надо было работать быстрее.
Лейси не ответила и, забравшись на стул, молча взялась за дело – она не имела ничего против небольшой задержки.
– Ты и так обходишься мне слишком дорого, – добавила Бидди.
– Зато я стою каждого потраченного на меня цента, – ответила Лейси, взглянув женщине прямо в глаза. – Кстати, я подумываю о повышении оплаты.
– Уже?! Но ты же совсем недавно начала!..
– Не имеет значения. – Лейси вытерла пыль с верхних полок и спрыгнула со стула. – Многие ли могут похвастать тем, что их дом убирает женщина, танцевавшая с Бо Уайлдером на шикарном балу в Чарлстоне? К тому же эта женщина – героиня бульварной прессы из-за скандала в Голливуде.
Бидди нахмурилась и вышла. А Лейси тихо засмеялась.
Вечером, закончив работу, она забрала Генри из школы и, наконец, вскрыла полученный по почте пакет. Агент Каллума на днях сообщила Лейси, что ей уже отправили вещи с маяка, переданные уборщиками менеджеру по недвижимости. Посылка шла целую вечность, и Лейси понятия не имела, что в ней могло быть. Она, как всегда, собирала свои вещи очень тщательно, но ведь никогда не знаешь, что может забыть пятилетний мальчик…
Внутри оказался диск с «Уолтонами», старым телевизионным сериалом. К нему был приклеен стикер с надписью «найдено в голубой комнате». В ней жил Бо. Хм… странно… Возможно, диск оставил какой-нибудь старый жилец, и он завалился под кровать или за комод.
Еще была колода карт с изображением Бэтмена – карты определенно принадлежали Генри – и старая раскрашенная деревянная коробочка с печатью; причем и на коробке, и на картах были стикеры с надписью «комната ребенка». Правда, коробка изначально лежала в сундуке, стоявшем в комнате Бо. Но она очень понравилась Генри, и он принес ее к себе – хранил в ней ракушки. Лейси открыла крышку и убедилась, что ракушки на месте. На дне шкатулки было вырезано: «Тимоти Бреннер». Вероятно, уборщики не обратили внимания на надпись и решили, что она принадлежала жильцу. Лейси решила, что должна вернуть ее. Эта вещь должна была оставаться в сундуке, стоявшем «в голубой спальне».
– Маяк сейчас закрыт, – ответила менеджер по недвижимости, которой Лейси немедленно позвонила. – А я сама в Чарлстоне и не хотела бы связываться с этой коробочкой. Отдайте ее племяннице Бреннера. У нее есть ключ.
Генри и Лейси очень обрадовались возможности узнать побольше о Тимоти.
– Жаль, что с нами нет мистера Уайлдера, – сказал малыш, когда они ехали в санитарной машине по Герон-авеню. – Он же Дадли, поэтому тоже хочет знать все о Тимоти.
Лейси почувствовала боль в сердце, уже ставшую привычной.
– Ты можешь написать ему все, что нам удастся выяснить.
– Хорошая идея, – согласился мальчик.
Лейси искренне радовалась тому, что у сына в школе появились новые друзья и он оправился от тоски по старым. Но иногда, вечерами, что-нибудь напоминало ему о прошлом – или серфер на экране телевизора, или рыжий кот в рекламе, или же упоминание о Железном Дровосеке, любимом герое его и Боба. И тогда он начинал плакать. Но больше всего малыш скучал по Бо Уайлдеру. К счастью, такие приступы тоски случались у Генри все реже.
– Очень мило с вашей стороны, – сказала молодая женщина по имени Нэнси Бреннер, в дверь которой они постучались двадцатью минутами позже. – Я помню эту коробочку. Она лежала в сундуке.
– Извините, что мы ее взяли, – сказала Лейси, – но мы не собирались выносить ее из дома. Уборщики перепутали и решили, что она наша.
– Ничего страшного. – Женщина с улыбкой посмотрела на Генри. – Хочешь оставить ее себе?
– Да, мэм! – радостно воскликнул Генри.
Женщина протянула ему коробочку.
– Уверена, Тимоти не стал бы возражать.
– Большое спасибо! – Генри провел пальчиком по крышке. – Мне очень нравится эта печать.
Нэнси рассмеялась.
– Ты прав, очень красиво.
Лейси улыбнулась и спросила:
– А вы знали Тимоти?
Нэнси покачала головой.
– Я еще даже не родилась, когда он там жил. Но я слышала о нем.
