Внутри все бухнуло к пяткам и странное тепло начало распространяться по телу.
— Странно себя ощущаешь? — но я даже не успела понять, стоит ли говорить об этом. — Это все чай. Там особенная трава от Амэтеи. Она не повлияет ни на твою психику, ни на здоровье, скорее всего снимет боль и волнение.
Под «болью» она, так понимаю, намекала на момент близости? Теперь горели и щеки. Не умела я откровенно обсуждать такие темы. Надо уже покончить с этой преградой в наших с Гелианом отношениях и двигаться дальше.
— Ты готова? — спросила Эрая, когда мы дошли до входной двери.
Я сначала кивнула, а потом вспомнила слова Аметеи:
"Мой сын всегда тебя сможет найти".
— Нет, кое-что забыла наверху, ответила, уже замотав по ступенькам на второй этаж.
Там за поворотом не заметил Санная столкнулась с ней. Извинилась, но потом вспомнила, что ее комната на третьем. Спросит, что ей пригодилось здесь, возможности не оказалось. Нужно спешить!
Забежала в комнату, схватила крошечный пузырек со снадобьем и быстро побежала обратно. Нанесу в лесу, а то сих обонянием за мной шлейф будет тянуться, как только мне невидимая тропинка. Пусть побегает! Поищете! И докажет, как я ему нужна. А возможно и не стоит ли наносить этот таинственный экстракт на кожу? Послушав девушек, поняла, что для них это и правда какой-то ритуал.
Выскочила на улицу и сразу же утонула в сильных объятиях любимого. Он жадно втянул воздух, уткнувшись в мою шею, а я хихикнула. Слишком это было щекотно.
— Смачно пахнешь, — шепнул он, ухмыльнулась, глядя прямо в изумрудные глаза, по которым то и дело пробегал колдовский звериный блеск.
На секунду задумалась над его словами. Смачно?
Возможно, после ароматной ванны это было так, но потом я уснула, вспотела и не пойми чем занималась во сне с его братом. А ведь хотела смыть с себя все это. Смыть воспоминания, что были лишь иллюзией и больной игрой моего сознания. Но как бы я себя сейчас не убеждала, шагая с Лианом по тропинке, глаза все равно обрели источник моего душевного беспокойства.
Дерон, как и Лиан, был с оголенным торсом и в свободных брюках, едва держащихся на костях таза.
Босой, как все, кроме меня. Шел впереди уверенной походкой хищника, и совершенно бесшумно. Они не переговаривались с Саннаей, как это делали другие и не шли за руку, как мы с женихом. Я не понимаю, зачем они здесь, и злюсь на саму себя за то, что даже смотрю в его сторону.
Степка вводила нас к границе леса, изредка освещённая огнями факелов. Было очень неудобно все время проваливаться каблуками в землю. Наша небольшая компания остановилась, и мужчины бросили факелы в круг из камней. Он вспыхнул белым пламенем и заплясал языки, извергая серебристые огоньки. Еще один обряд — дань традиции?
— Да начнется Великая Охота, — громко проговорил мой жених и отпустил мою руку, отступая назад.
Казалось вся нежность и романтика таинства испарилась, как капля воды на горячем камне. Из груди вера начали вырываться рыки, словно они провоцировали друг друга.
Шады, Эрая, отступая на шаг и скинув бретельку с плеч, обратились к тому, как платья упали на землю.
То же самое сделала Фолия, убегая за ними в лес.
Санная с прищуром посмотрела на меня, а потом послала игривую улыбку в сторону мужчин и сбросила свое платье. Оно упало к ногам, но девушка не спешила обращаться. Перешагнула через него и, демонстрируя тело во всей своей красоте, пошла в чащу, виляя бедрами. Я бросила взгляд на мужчин инервно проглотила.
— Мне одежда не мешает, — пискнула я, отступая от рыкающих пока еще людей. Сбросила обувь, в очередной раз провалившись каблуком.
— Беги, Ида! Беги! — грубоватым голосом прорычал Лиан, от чего кровь похолодела.
Они схватились за брюки стягивая их, и я чуть успела отвернуться, даже поднимая долонь к лицу, чтобы не смотреть.
Я бежала по прохладной вечерней траве, по колючим веткам, больно впивающимся в ступни, по листьям и мху, на котором случайно поскользнулась. Именно тогда, оглянувшись, я увидела, что мужчины уже обратились, но еще ждут. Разжигают в крови азарт и жажду, а у меня от этого видения сердце уже билось где-то в районе горла. Дикие первобытные инстинкты двигают мной, кричат и приказывают ни на секунду больше не останавливаться.
Схватилась оцепеневшими руками за мшистую землю, потянулась за ветки кустов и вскочила на ноги. Я не готова! Я совершенно не хочу, чтобы меня настиг хоть один из них, даже Гелиан. Раньше он никогда с такой издёвкой не кричал огрубевшим голосом, не приказывал. Только сейчас до меня дошло, что я просто человек. Да, для этого нужно было ранить ноги, бегая босиком по лесу, и отхватить больше десятка хлестких ударов по лицу. Но я, наконец, поняла, что это не вызывает во мне ничего кроме страха за свою жизнь.
Проклятые Боги глумятся надо мной! За что?
Неужели я мало в жизни настрадалась до встречи с женихом? Почему не может все и дальше быть хорошо?