Неприметный, как любое деловое письмо. Обычный офисный формат, чуть помятый по краям, будто его долго носили в сумке. Ни марки, ни обратного адреса — только мое имя, написанное аккуратным почерком черной гелевой ручкой.
Вскрываю. Внутри единственный листок, сложенный втрое.
«Ты меня не знаешь меня, но мы оба любили одного человека. Можешь меня ненавидеть, заслужено, но ты должна знать правду. Влад сделал вазэктомию. Р.».
Та самая «Р»?!
Бумага дрожит в моих руках. Я медленно складываю бумагу и кладу обратно в конверт.
Странно. Нет слез. Истерики. Гнева.
Чувствую только... облегчение?..
Теперь все его холодные прикосновения, эти месяцы бессмысленных «попыток», его раздраженные взгляды — все обретает смысл.
Я выключаю свет в кабинете и выхожу в коридор.
*****
Захожу в квартиру и вижу, как Влад лежит с телефоном, даже не смотрит в мою сторону. В моей души поразительное спокойствие. Знаю, что потом буду долго оплакивать свою умершую любовь, но сейчас только сосредоточенность.
— Как дела? — спрашиваю, доставая свой чемодан из шкафа.
Влад лениво поднимает глаза.
— Что ты делаешь?
— Переезжаю.
Я не хочу оставаться в этой квартире. Не смогу жить здесь после всего. Она будто помнит мое отчаяние.
— Что за бред ты....
И тут я взрываюсь.
— Ты отвратителен! Ты смотрел, как я плачу, когда тесты отрицательные! Говорил, что мне надо провериться!
Влад вскакивает с кровати, лицо перекашивает от злости:
— Что происходит?!
— Я все знаю! Вазэктомия, значит?
В глубине души маленькая часть отчаянно надеется, что «Р» обманула меня, чтобы толкнуть к разводу.
Но по глазам Влада я вижу ответ. Она меня не обманывала.
— Поль.... я...
— Молчи. Просто молчи.
Я срываю с пальца обручальное кольцо и швыряю ему под ноги. Оно со звоном отскакивает под кровать.
— Подам заявление на развод сегодня же.
— Ты не можешь просто...
— Могу!!! — перекрываю его крик. — Маруся едет со мной. Ты получишь свидания раз в две недели под присмотром. И если хоть раз опоздаешь...
Начинаю собирать вещи. Влад хватает меня, пытается остановить, но я отвешиваю ему пощечину.
Он замирает.
— Ты пожалеешь, Поля. Ты глупая курица! — выплевывает. — Что тебе не живется, а? Даже своей матери постоянно ныла и жаловалась на меня!
Замираю.
— Что?.. Но откуда ты…
Влад саркастично смеется.
— Твоя мать мудрая женщина и знает, что любой нормальный мужик будет хотеть другую. Надо просто это принять! А ты глупая! Я тебе все дал!
В голове туман.
— Мама на твоей стороне?..
— Конечно! Ведь она знает цену деньгам! Не задумывалась, откуда у нее новая машина?
— Она мне не говорила…
— Ты ещё глупее, чем я думал!
— Зачем? — мой голос звучит хрипло, неожиданно тихо.
Влад застывает посреди комнаты, его кулаки разжимаются.
— Что?
— Зачем ты это делал? — поворачиваюсь к нему, чувствуя, как слезы наконец подступают. — Не просто изменял. Не просто врал. А заставлял меня... заставлял поверить, что со мной что-то не так. Что мое тело... — голос срывается.
Влад медленно поднимает голову. Его губы растягиваются в ухмылке, которую я раньше видела только в его разговорах по телефону — холодной, циничной.
— Потому мне так удобно.
Воздух перехватывает в груди.
— И потом.... — он делает шаг ближе, — ты же сама во всем виновата. Перестала следить за собой после родов. Стала... обычной. А мне нужна была страсть. И вот ты хочешь ещё одного ребёнка, тебе плевать на мое мнение. А я не хотел опять видеть рядом уставшую жену!
— Так почему не развелся? — спрашиваю, удивляясь, что удаётся сдержать эмоции.
Влад пожимает плечами:
— Я всё равно люблю тебя. Люблю нашу дочь. Ты хорошая хозяйка. Чего тебе не жилось? Кажется, ты просто зажралась.
Дверь распахивается — на пороге стоит Паша с моей дочерью на руках. Маруся спит. На самом деле я сразу после письма пошла к нему. Мы приехали сюда вместе.
— Все в порядке? — он закрывает ладонью ухо Маруси.
— Теперь да, — выдыхаю я и забираю у него ребёнка.
Влад делает шаг вперед:
— Ты не уйдешь от меня с этим....
— Посмотри на себя, — прерываю я его, сжимая Марусю. — Ты даже сейчас не просишь прощения. Не умоляешь. Просто злишься, что тебя поймали.
Паша молча берет чемоданы и открывает входную дверь.
Перед уходом вижу лицо Влада — перекошенное от ярости, кулаки, сжатые в бессилии
Мне не больно. Это — как вытащить гнилой зуб. Сначала страшно, больно, кровь хлещет. А потом... Потом только облегчение.
Бывшая любовница
Сделала ли я правильно?
Если из-за меня ребёнок остался без отца?
Но его жена заслуживала знать правду. Влад играл нами обеими.
В груди до сих пор тяжелый камень.
Часть меня продолжает любить его.
И, возможно, всегда будет.…
Внезапно — резкий звонок в дверь.
Открываю дверь и замираю.
Влад.
— Роза. Нам нужно поговорить.
Отталкивает меня с прохода и заходит в квартиру.
Пахнет дорогим парфюмом и отчаянием.
— Я ушёл от неё, — бросает Влад. — Всё кончено.
Я медленно закрываю дверь, ощущая, как сердце бешено колотится.
— Когда?
— Сегодня. — Он проводит рукой по волосам. — Не выдержал. Не могу больше врать. Я люблю тебя, Роза. Ты единственная, кто может зажечь во мне огонь. Всё это время я думал о тебе.