Для конкурса страшных и мистических рассказов, посвящённых Хэллуину. Наташа не верила в проклятье, которое убило ее прабабушку. Но теперь девушка и сама в опасности, ведь зло уже идёт за ней!
Мрачное кладбище с пожелтевшими от времени оградками нагоняло тоску. Желтые хризантемы. Всхлипы малознакомых мне людей. Я не чувствовала утраты, когда на лаковую крышку деревянного гроба упала первая горсть влажной земли. С прабабкой мы практически не общались, она переехала к нам всего неделю назад, видно, заранее почувствовав скорую смерть. Старушка даже вещи не успела разобрать, запечатанные коробки так и остались стоять в моей комнате. Я поежилась, вспомнив первое появление родственницы на пороге нашего дома и ее полные ужаса глаза. Как говорили многие, прабабка на старости лет лишилась рассудка, кричала всякий несвязанный бред про детей дьявола и даже несколько раз пыталась убить себя. Только моя сердобольная мать из всех возможных родственников согласилась приютить старушку, так что я в полной мере оценила и нечеловеческий вой по ночам, и странное поведение женщины. Сперва она стащила из отцовского гаража белую краску и замалевала окна в выделенной ей комнате, потом содрала обои, а в конце и вовсе начала ломать себе пальцы. Хотя что взять с сумасшедшей…
Домой я вернулась с одним желанием – забыть последнюю неделю, как страшный сон. Мама, пребывая в крайне скверном настроении, трогать меня не стала и заперлась в ванной. Слушать всхлипы близкого человека не особо хотелось, поэтому я вернулась в свою комнату и запустила ноутбук. По другую сторону экрана меня уже ждали.
– Ну, тебя можно поздравить? – раздался усмехающийся голос лучшей подруги. – Каторга закончилась?
– Ага, – я скривилась, вспомнив последнюю ночь, когда прабабка чуть не задушила меня во сне. – Но кошмары теперь стопроцентно обеспечены.
– Не забивай голову ерундой! – Тася единственная, кто знала обо мне все. – Лучше скажи, ты уже нашла деньги?
– Нет еще, – мгновенно скисла я. – Отец с новой женой уехали отдыхать, и трубку он не берет, а мама сейчас не в том настроении, чтобы выделить мне карманные деньги.
– Нат, ты же говорила, что все под контролем?! Концерт уже через два дня! Мы мечтали об этом с детства! – все сильнее распылялась подруга.
– Что-нибудь придумаю, – заверила девушку я, прикидывая возможные варианты. – Вот, может, у покойницы остались какие-нибудь ценные вещи.
– Не самая удачная идея, – поежилась Тася, покрутив пальцем у виска.
– Да брось, – скептично отмахнулась я. – Старухе на том свете они уже не нужны.
– Ладно, делай, как знаешь, – сдалась она, понимая, что со мной спорить бесполезно. – Может, ты и права.
– То-то же, – победно улыбнулась я, повернув монитор в сторону коробок. – Давай посмотрим, что прабабка оставила нам в наследство.
Взяв канцелярский нож, я принялась распаковывать коробки одну за другой. Когда вокруг меня образовалась целая гора ветхого барахла, надежды стали потихоньку угасать. Но вдруг на глаза попалась маленькая металлическая шкатулка.
– Бинго! – радостно воскликнула я. – Смотри, золотая цепочка с подвеской в виде львиной головы, сережки с изумрудными камнями, выглядят дорого. Как считаешь, этого хватит?
– Сложно сказать, – неуверенно пожала плечами Тася. – Отнесешь в ломбард?
– Да, другого выхода у меня нет.
– Наташ, а за твоей спиной что лежит? – девушка кивнула в сторону двери.
Я обернулась.
– Платок прабабкин, – разочаровано выдала я. – За него мы точно ничего не выручим.
– Да нет же, в него что-то завернуто!
Я проверила и тут же удивленно присвистнула. Находка оказалась интересной – старый дневник в кожаном переплете, да еще и с небольшим замком.
– Ого, а ключ есть? – с любопытством уточнила подруга. – Вдруг бабка указала, где клад зарыла.
– Ищу, – буркнула я, выворачивая карманы.
Кукольный ключ нашелся через несколько минут и идеально подошел к замку. На выцветших страницах ровном почерком была рассказана очень странная история. Пробежавшись глазами по первым строчкам, я с тревогой взглянула на подругу.
– Ну, что там? – поторопила меня Тася, заерзав на стуле.
– Если не ошибаюсь, она последние несколько недель описывала, как сходила с ума. Причем поначалу текст читается вполне сносно, но с каждой страницей подчерк меняется. Будто прабабка дописывала уже перед смертью.
– О, я люблю страшилки. Читай вслух, – завороженно вздохнула Тася.
