— Вы что, правда ему верите?
Олег Дмитриевич пожал плечами.
— Верю, — сказала я. — По крайней мере в то, что он не врет. Вот только Валя тоже говорит правду — он на самом деле подловил ее в подъезде, когда она вышла покурить, и затащил в квартиру. Про разбитый телефон и удар в ухо — тоже правда.
— Не понимаю, — замотал головой Илья. — Как и то, и другое одновременно может быть правдой?
— Обыкновенно. Кирилюк вон, — кивнул на дверь соседнего кабинета Олег Дмитриевич, — считает, что у него самая лучшая жена в мире. И попробуй ему намекни, что она с половиной отделения…
Он замолчал, бросив на меня смущенный взгляд.
— Хотите сказать, он сам верит во всю эту чушь?
— Больше того, — кивнула я, — я уверена, что Модератор на самом деле существует. Он и правда не просто человек, как говорит Леша, а часть его самого.
— А по-моему, он придумал этого Модератора, чтобы было на кого свалить вину.
— Как, в таком случае, он узнавал адреса девушек и доставал ключи от их квартир?
— А как это делал Модератор? — поддержал Илью Олег Дмитриевич.
— Расколем — узнаем, — закатывая рукава, повернулся в сторону кабинета Илья.
— Постой! Ты же сам говорил, что каждый человек имеет право на справедливый суд.
— Ну и?
— Вариантов особо нет, — заметил Олег Дмитриевич. — Тем более мамаше его уже сообщили. С минуту на минуту пригремит с кучей адвокатов московских, фиг его допросишь тогда.
— Часа полтора-два у нас ведь есть, так? — спросила я. Задрав рукав серого свитера, Олег Дмитриевич кивнул. — Пусть с ним поговорит специалист.
— Аделина, — нахмурив брови, посмотрел на меня Илья, — я, конечно, первый день за следователя, но Олег Дмитриевич уже лет двадцать на этой должности…
— Салага, с ума сошел? Мне всего тридцать восемь! — возмутился тот. — Вот так возьмешь шефство над сопляком, а он тебя в деды запишет.
— Речь вообще не об этом. Я имела в виду психиатра. Мне собственными глазами удалось увидеть, как из маньяка Леша превращается в обычного парня. Если бы он прикидывался, то сначала постарался бы втереться в доверие, а уже потом показать свою сущность, а не наоборот.
— Логично, — кивнул Олег Дмитриевич. — Только у нас нету в штате психологов-криминалистов.
— Ничего, у меня есть на примете хороший психиатр. Дашь позвонить? — спросила я Илью.
Набрав номер на ярко-зеленой «Люмии», я вдохнула поглубже. Не успел папа сказать «Ало», как я выпалила:
— Привет, это Аделина! Я у Ильи в гостях, а мой телефон разрядился. Слушай, помнишь, ты предлагал мне сходить на консультацию к твоему знакомому психиатру?
— Не просто к знакомому, а к самому лучшему в Невинногорске и всей области. А что?
— Можешь дать мне его номер?
— У тебя что-то случилось?
— Да, кошмар ночью приснился, — улыбнулась я качающему головой Илье.
— Вот это ты правильно решила. Раз кошмары снятся, сходи обязательно. Хочешь, я тебя запишу?
— Не надо, я сама. Ну так как, продиктуешь?
— Записывай.
Папа назвал семь цифр, а я тут же нажала кнопку отбоя, чтобы, пока не забыла, напечатать длиннющий номер.
— Держи, — протянула мобильный Илье. — Дело сделано.
— Осталось, только, чтобы он согласился, — пробурчал тот.
— Давай я поговорю, — выхватил у него из рук телефон Олег Дмитриевич.
— За что деретесь? — выпорхнула из кабинета Валя и прикрыла за собой дверь. — Может, я тоже хочу.
— Решаем, кто будет звонить психиатру, — ответила я, наблюдая, как Олег Дмитриевич уходит в сторону туалета вместе с зеленой «Люмией». Отвлекшийся на Валю Илья как будто не заметил, что телефон выскользнула из пальцев, и продолжал держать руку поднятой.
— Приехали. Отмазывать, значит, его будешь? — с прищуром посмотрела мне в глаза она.
— Даже не собираюсь. С этой задачей прекрасно справится его мать. Мне только хочется понять, почему этот добрый, совестливый парень вдруг превращается в кровожадного убийцу.
— Добряк, как же… Ну, я тут точно пас! С мозгоправами дела иметь не собираюсь, — сказала она и, перекинув сумку через плечо, пошагала вдоль бело-синего, подсвеченного тусклыми лампами коридора в сторону выхода.
— Эй, ты куда собралась! — окликнул ее Илья. — А показания?
— У тебя на столе. Красавчик мне помог настрочить и домой отпустил.
— Вообще-то дело веду я, а не он.
— Да не пыхти ты так, — рассмеялась Валя, обернувшись. — Вон, покраснел как. Я красавчику свой номер записала, если что — звони. Все равно, говорят, у вас этого гада вместе со всеми бумажками с минуты на минуту в Москву заберут. Мне из дома ближе будет в их жандармерию топать.
— Я тебя не отпускаю, слышишь?! Как она вообще оказалась в Невинногорске? — повернулся ко мне Илья, сверкая почти черными от ярости глазами. — Я думал, она хотя бы местная…
— Вы к кому?! — послышался из-за угла не то возмущенный, не то напуганный голос. — Пропуск покажите!
— Нет его у меня, — услышала я знакомый баритон и целеустремленные шаги, от звука которых захватило дыхание.
— Не впускать посторонних! — выкрикнул Илья, обернувшись на голоса.
