Эсмеральда Самбрано-Пенья привыкла всю жизнь добиваться всего сама, хотя ее отец — основатель крупнейшей телевизионной сети. Следуя по стопам великого отца, она пытается продвинуть свои идеи на телевидении, но терпит неудачу. У Эсмеральды есть только один близкий человек — мать. А еще в ее жизни был Родриго — лучший друг и любовник, предавший ее десять лет назад. Вся жизнь Эсмеральды переворачивается после смерти отца. Теперь она может сама стать главой телекомпании. Но проблема в том, что на это же место претендует Родриго Альманзар…
Прислонившись к двери маленькой квартирки на Вашингтон-Хайтс, в которой жила со своей матерью, Эсмеральда на мгновение задержала дыхание. Из квартиры до нее доносились возбужденная болтовня и смех. Перед мысленным взором замаячили образы матери Ивелисс и трех тетушек, устроивших свои еженедельные посиделки, что вызвало усталую улыбку на лице девушки. Склонность дражайшей родительницы и тетушек к сплетням и непристойным шуткам всегда приводила ее в хорошее настроение. Всегда приятно слышать знакомые голоса, особенно после того ужасного дня.
Улыбка Эсмеральды померкла при мысли о предстоящем разговоре. Ведь придется признаться матери, да еще в присутствии тетушек, что ее проект был отклонен. В который раз. В этот раз отказ оказался куда болезненнее, чем раньше. Все дело в том, что Эсмеральда очень ощутимо приблизилась к воплощению своей мечты. Пилотный сериал, который она пыталась продвинуть почти два года, уже находился в нескольких шагах от того, чтобы его выпустили. Однако в последнюю минуту продюсеры отказались, заявив, что сюжет не имеет коммерческой привлекательности.
Эсмеральда разочарованно фыркнула, вставляя ключ в дверь и открывая ее.
— Привет, мама! — устало крикнула она из узкого коридора, ведущего в маленькую гостиную.
Она в задумчивости снимала обувь, вешала куртку. Их с мамой квартира казалась небольшой, однако в ней было достаточно места для них. Две спальни, гостиная и кухня. Недвижимость на Риверсайд-драйв весьма престижна в Нью-Йорке. Эсмеральда вздрогнула при воспоминании о том, как они очутились в этой квартире. Размышления о причинах, по которым им пришлось перебраться в этот дом, по-прежнему вызывали ее гнев, несмотря на то что с тех пор прошло десять лет.
— Эсмеральда, мы с тетушками здесь, — громко позвала мать, будто дочь находилась от нее где-то за тридевять земель.
Улыбка тронула губы, когда девушка вошла в гостиную и обнаружила четырех пожилых женщин, развалившихся на диване, каждая с бокалом вина в руке. Они, как всегда, разоделись, словно на праздник.
Впрочем, для ее матери и тетушек любой выход из дома без идеально подобранного наряда и полного макияжа абсолютно невозможен.
— Дамы.
Эсмеральда обошла всех, одарив каждую поцелуем в щечку. Предполагалось, что тетушки обсуждают книги по саморазвитию. Правда, обычно еженедельное обсуждение книг не затягивалось более чем на тридцать минут, остальное же время посвящалось поглощению охлажденного «Москато» и сплетням о делах дома, в Доминиканской Республике.
— Вижу, книжное обозрение идет хорошо, — поддразнила Эсмеральда, усаживаясь между матерью и тетей Ребеккой.
— Что они сказали? — поинтересовалась Ивелисс, игнорируя комментарий о книгах. Естественно, упоминание о деловой встрече Эсмеральды заставило тетушек воспрянуть духом.
Ей показалось или мама на самом деле несколько напряженная? Словно кто-то стер с лица жизнерадостную улыбку. Теперь оно приобрело оттенок неуверенности. Будто мать предчувствовала неприятности. Она, вероятно, подозревала, что переговоры у дочери оказались неудачными. Эсмеральда закрыла глаза и покачала головой, чувствуя себя побежденной.
— Они отказались.
Со всех сторон тут же понеслись слова ободрения. Мама обняла ее, тетушки тянулись к ней, чтобы похлопать по руке или по плечу, пытаясь успокоить.
— Их потеря, доча. Однажды эти тупицы дорастут до твоего уровня, правда, когда это произойдет, будет слишком поздно.
Эсмеральда, открыв глаза, заметила, насколько эта новость потрясла тетю Ребекку. Она ведь с самого начала слывет поклонницей Эсмеральды номер один. Даже в те времена, когда племянница снимала короткометражные фильмы о событиях по соседству на телефон, Ребекка всегда усаживалась и смотрела, полностью сосредоточившись на ее творениях. И кстати, никогда не стеснялась давать советы.
— Спасибо, тетя. И вообще, хватит обо мне. Сегодня произошло что-нибудь интересное?
Эсмеральда очень устала и была благодарна близким за любовь, понимание и поддержку. Хотя при этом слишком измучена, чтобы вдаваться в бессмысленные доводы продюсеров по поводу отказа.
К удивлению девушки, тетки не заставили ее рассказывать о встрече. Более того, перевели выжидающие взгляды на ее маму. Та же, в свою очередь, выглядела так, словно намеревалась угостить дочь изрядной порцией доминиканского чувства вины. Эсмеральда собралась с духом:
— Что случилось, мама?
Ивелисс ответила не сразу. Сначала, наклоняясь, прихватила что-то со стола. Белый конверт. Она протянула его дочери. Эсмеральда нерешительно взяла конверт. Атмосфера в комнате накалялась. Тетушки уставились на листок бумаги так, будто это была бомба замедленного действия. Время словно замерло. В этот момент Эсмеральда заметила, что старинные часы, которые Ивелисс никогда не снимала, исчезли с руки матери и поблескивали в свете маленькой лампы на столе. Золотые часы. Подарок отца. Даже после всего, что он сделал, Ивелисс заботилась о часах, как о редком сокровище.
