Луна не умела ненавидеть, зато она могла представлять
Невилл лежал на шкуре какого-то неведомого зверя и разглядывал звёзды в узкое окошко, больше похожее на прорезь у самого потолка. В двух шагах от него потрескивал дровами костёр, выстреливая в сводчатый потолок слепящими искрами. Луна уверяла, что если хорошо потыкать в живой огонь палочкой, то можно увидеть настоящих огненных саламандр. Конечно же, Джинни ей не верила и оттого тыкала гораздо чаще, чем требовалось. Невилл прикрыл глаза, прислушиваясь к их разговору.
— А я тебе говорю, что Снейп — идиот! — горячилась Джинни. — Он, и правда, думал, что наказывает нас, отправляя ночью в Запретный лес.
— С Хагридом?
К негромкому голосу Луны приходилось прислушиваться, но оно того стоило, хотя бы потому, что она как никто другой умела взглянуть на вещи иначе, помогая увидеть что-то новое. Вот и сейчас не надо было на неё смотреть, чтобы понять, что она мечтательно улыбается, думая о чём-то своём.
— А хотя бы и с Хагридом! — Джинни фыркнула, явно сдувая лезшую в глаза чёлку. — Снейп уверен, что все профессора выполняют его приказы.
— А приказывает он нас охранять.
Невилл даже приоткрыл глаз, чтобы посмотреть, как Джинни спорит с невозмутимой Луной. Вот уж кому никогда не хватало терпения! Отблески огня придавали Джинни сходство со сказочной валькирией — огненно-рыжая, темпераментная, не знающая сомнений. На её фоне хрупкая Луна казалась почти бестелесным духом, и тем интереснее было наблюдать за их противостоянием.
— Луна, ты — идеалистка!
— А ты только представь, что было бы, если бы Снейп и в самом деле слушался Тёмного Повелителя.
Невилл даже забыл о том, что собирался поспать. Он уселся поудобнее, мысленно болея за Луну — ему всегда нравилась её способность ставить собеседника в тупик парой фраз. Хотя, конечно, с Джинни он был полностью согласен — Снейп сильно сглупил, оставляя их на попечение Хагрида. Особенно, если учесть, что его целью было наказанье.
— Представила! — Джинни упёрлась руками в бока. — И что?
— Нет, — Луна с улыбкой принялась накручивать на палец длинный локон. — Если бы представила, то всё было бы по-другому.
— Ты говоришь чепуху!
— Я не умею говорить, как надо, — погрустнела Луна. — Зато я умею представлять. Допустим, что он выполняет волю Дамблдора.
Представлять умел и Невилл. А ещё он доверял суждениям Луны, которые при всей своей странности почти всегда оказывались верными. Как бы ни злилась Джинни, но Дамблдор был не тот человек, которого можно вот так просто взять и убить.
С этой ночи Невилл начал пристально наблюдать за Снейпом, пытаясь понять, как сильно ошибалась его подруга. И для сохранения беспристрастности решил взять за образец Кэрроу как приверженцев Волдеморта — с одной стороны, и Минерву Макгонагалл — с другой. Получалось не очень, и больше всего сбивало с толку то, что Снейп вёл себя точно так же, как и раньше. Значило ли это, что он всегда был предан своему хозяину, или же наоборот — Дамблдору? Гадать можно было до бесконечности, поэтому следовало искать иной способ вывести Снейпа на чистую воду.
Невилл размышлял несколько вечеров, прежде чем понял, что проще всего спровоцировать Снейпа на какой-то поступок, который бы расставил все точки над «и». Только проделывать такое надо было без свидетелей — лишних жертв не хотелось. Именно поэтому Невилл завёл привычку прогуливаться по коридорам подземелий в той части, где, по слухам, обитал Снейп. Тот попался ему только на четвёртый вечер и, оглядев Невилла многообещающим взглядом, уже собирался идти по своим делам, когда услышал:
— Волдеморт — ублюдок.
Невилл и сам понял, как по-детски это прозвучало, но не отступать же теперь? Особенно, если Снейп напрягся, словно кобра перед броском.
— Волдеморт — ничтожество, — смелея, повторил Невилл. — Полное.
Снейп оглядел его тем самым взглядом, от которого на первом курсе хотелось спрятаться под парту, а на шестом — вызвать на дуэль.
— Да что вы говорите! Может, ещё и на стене это напишете?
— И напишу! — Невилл сжал кулаки, гадая о предстоящем наказании.
— А вы знаете, чем это может грозить?
— И чем же? Убьёте?
— Ну, почему же так сразу? — тонкие губы Снейпа искривила глумливая улыбка. — Для начала есть неплохие проклятья. Круциатус — слышали о таком?
Невилл прикусил язык, мысленно расправляясь со Снейпом прямо в этом коридоре. Для начала он бы сломал ему нос, а потом…
— Рекомендую рассчитывать свои силы. Спокойной ночи.
Снейп ушёл, а Невилл так и остался в полутёмном коридоре, раздираемый самыми противоречивыми эмоциями, и чтобы справиться с ними, пришлось несколько раз ударить кулаком по стене. Зато ночью, пялясь на пыльный полог кровати, привычно ограждающий от всего мира, Невилл вдруг подумал о том, что так и не получил никакого наказания. Да, по сути, он ничего не получил, кроме угроз и предложения написать оскорбления на стенах. Неплохого, кстати, предложения.
***
