— Он сказал, что поехал бить морду Кронскому, — вздохнув, Наташа присела на стул, — А что я должна делать, Саш? Он снова нашёл себе проблему. Неужели с самого начала не было понятно, что в предложении Ники есть какая-то подоплёка? Она из топов не вылезала, из эфиров, с центральных площадок… И вдруг — ни с того, ни с сего предложение группе «Ночной патруль»? Да с какого перепугу? Ей что, гонорары захотелось с кем-нибудь делить?
— Я в теме, Натаха… — Сашка присел рядом, — И я сразу ему сказал свою персональную ноту «фи»… Но Дима, если упрётся, его с места танком не сдвинешь. Загорелся идеей.
— Вот именно, идеей… — Наташка пристально разглядывала маникюр на пальчиках, — Он только и живёт этими идеями. Хочет объять необъятное… Если бы мы вместе не работали, я его вообще бы не видела. Ну, ладно, «деревня», это была его мечта, он её осуществил… Рок-оперу задумал написать. Всё это — его. Я готова вместе с ним сутками от инструмента не отходить! Но совместный проект с Никой… Меня сразу многое насторожило. Только не говори, что я ревную.
— А чего говорить, — Сашка весело покосился на неё, — я и сам знаю, что ревнуешь.
— Я не ревную… — Наташа медленно повернула голову, — Если ещё раз скажешь, что я ревную… я тебя огрею чем-нибудь.
— Ну, ладно, ладно, — он примирительно поднял обе ладони, — не ревнуешь… И ты права. Есть такая инфа, что эта самая Ника лишилась поддержки очень богатого спонсора. И, как следствие — её коллектив сразу дружно отвалил. Её можно было бы записать в жертвы, если бы не одно но… Насколько я понял, песни, которые она выдавала за свои, писал кто-то другой. Скорее всего, кто-то из её парней, с которыми она работала. Видимо, что-то отстёгивала за присвоение авторства. Как только отстёгивать стало нечего — и автора не стало. Вот тебе и подоплёка… А тут Дима подворачивается как красное солнышко. А кто ещё с ней будет теперь работать? Вокал — да, мощный вокал… Но и всё! Предложений, видимо, ни от кого не поступало. Да и не поступит — она же позиционирует себя как суперзвезду, кто же покусится?.. Спонсоров новых нет. Была бы у неё внешность, как у тебя, сразу бы нашлись. Но и с этим не свезло. В общем, понять её можно. Нужно второе рождение на пустом месте, пока ещё имя не стёрлось из памяти рок-меломанов. Лучше всего примазаться к какой-нибудь группе. Но супер-группам она нахрен не нужна. Совсем неизвестные — ей нахрен не нужны. Вот и остаётся — к таким, как мы. С ограниченной, но довольно широкой популярностью. Чтобы было не стыдно на сцену выйти, а потом ещё и упрекнуть, типа «я вас из грязи вытащила»…
— Ты озвучил мои мысли, — усмехнулась Наташа, — я сразу так и поняла. Я знаю, что у Димки к ней ничего нет, иначе бы я почувствовала. Но этот случайный скандал — он сыграл на неё… и против меня. Мало того, что я всё сама увидела… Меня ещё и выставили на всеобщее обозрение, как брошенную жену. А в следующей статье напишут, как я выгоняла её из дома.
— Да ладно тебе париться, Натаха… лучше привыкай. Ещё не то напишут. А нам любой пиар на пользу.
— А я не хочу, — Наташа резко встала и, пройдя несколько шагов, обернулась к Говорову, — Я не хочу так, понимаешь?! Мы с Димкой работаем день и ночь, в буквальном смысле! Мы выкладываемся полностью, мы не халтурим, поём вживую… Мы даже за столом… да что там за столом — мы даже ночью говорим только о своих проектах; у нас дома — бесконечные распевки, репетиции, и плюс ещё двое маленьких детей… Мы не отказываемся ни от одного выступления, хоть в маленьком клубе, хоть на корпоративе, хоть на большой площадке, не набиваем себе цену! Да, мы очень продвинулись в последнее время. Только, чем выше, тем ступеньки всё круче. И уже оказывается, что мало просто работать, заниматься творчеством! Оказывается, нужны скандалы, перемывание костей и грязное бельё — напоказ… И всё лишь для того, чтобы вскарабкаться ещё на одну ступеньку вверх. Я знаю, что ты скажешь! Что это — закон шоу-бизнеса, и я всегда об этом знала. Да, знала. Но т а к я не хочу!
Ответить он не успел: буквально влетев в дверь, запыхавшаяся Мара вытаращила на них глаза:
— Скорее! Там, у входа, Журавлёв с какими-то мужиками дерётся!
Картина, которая предстала перед глазами Говорова, была, что называется, маслом: на заднем дворе клуба, у служебного входа, куда он прибежал вслед за Марой, Журавлёв энергично отмахивался от двух нападавших на него парней. Несмотря на то, что численный перевес был не на его стороне, держался он великолепно, успевая отбиваться от соперников и не позволяя им повалить себя на землю. Сашка подоспел как раз в тот момент, когда один из них, запрыгнув на Женькину спину, обхватил того за шею. Изо всех сил пытаясь разжать его руки, Журавлёв одновременно работал длинными ногами, не подпуская к себе второго нападавшего.
— Вы чё, бля!.. — Говоров с ходу врезался в драку.
— Ну, ссук-ка… — получив удар в пах, второй согнулся от боли и схватился руками за ушибленное место, — Падла-а-а-а!..
