- Она сказала, чтобы он собирал вещи. В итоге он снял входные двери, сбил плитку в ванной и содрал унитаз, потому что это он покупал, - как-то очень зло произнес брат. - Все сложно.
- Мудак! - сделала я вывод. - Как ее угораздило...
- Она его боится.
- Генри, - я тронула брата за руку. - Можешь пока пожить у меня. Ты ведь перевез Катю к себе?
- Спасибо. Я купил путевку в Черногорию, она улетает через три дня, а я пока решу вопрос с бывшим.
-Э...
- Ольга, молчи! Я сам разберусь.
- ОК, - я подняла руки. - Но если что ты знаешь, что я всегда помог}' тебе прятать труп в болоте.
Стрельникова я заметила первая. Он был осунувшийся, небрит, но вполне живой и такой же уверенный в себе. Мне хотелось побежать вперед и повиснуть у него на шее, но вместо этого я вдруг заробела и спряталась за спину Генриха.
- Что по делу «Рейма»? - Герман пожал брат}' руку, а по мне скользнул спокойным взглядом и ничего не сказал.
- Документы о слиянии на столе, остальное здесь, - Генрих передал флешку Стрельникову. - Машину завтра пригоните к офису. Пока, малая!
С этими словами он развернулся и исчез в толпе! Наглая рожа! А я, молча, стояла и смотрела в пол, не в силах поднять взгляд. Герман тоже молчал и эта тишина давила. Мне стало страшно. Зачем я приехала? Может быть, он не хотел меня видеть? Ведь ни разу не позвонил... Ох, какая ты дура,
Ольга, накрутила сама себя, придумала любовь, счастливое будущее и забыла спросить у мужчины, он то как на это будущее смотрит?
Никогда еще я не была так растеряна и не знала куда деваться. Едва придушила порыв развернуться и сбежать.
- Тебя подвести до города? - прозвучало чуть хрипловато.
Что вот это только что было? Ни обнимашек, ни здравствуй, любовь моя, ни как поживаешь? А вот это?
Гад! Я тут ради него три платья сменила, белье новое надела, а он!
- Сама доберусь! - разозлилась я.
Круто развернулась и... успела сделать только один шаг, как была схвачена за руку и прижата к груди.
- Отпусти! - прошипела и замолчала, потому что ругаться, когда тебя так целуют просто невозможно, но я все же дернулась пару раз, чтобы не подумал, что я готова расплыться в его руках от первого же поцелуя. От первого не готова, а вот от второго ноги подкосились, и я устояла только потому что Герман меня держал.
- Ты была такая холодная и невозмутимая, что я испугался услышать: «Прощай Герман, нам с тобой не по пути», - пошутил Стрельников и, не убирая руку с моей талии, повел меня к выходу'. - Стоял, наблюдал и не знал то ли кидаться тебя целовать, то ли заказывать себе черный костюм.
- Зачем?
- Траур по несбывшимся мечтам.
- Так ты тоже боялся? - поняла я, и стало тепло и спокойно. - Боялся, что я ... ну...
- Разлюбила меня за эту неделю. - шепнул он на ухо. - Знаешь, это бы убило мою самооценку’. Поехали домой.
- Куща? — что-то мне сложно говорить и сердце сейчас остановится.
- Ко мне, у тебя все же тесновато.
- А у тебя не кухня, а операционная! И вообще...
В машине мы опять целовались и наверное остались бы на стоянке еще на пару часов, если бы в окошко не постучал улыбающийся мужчина и не показал пальцами знак «отлично» Это отрезвило.
- Заедем в офис, - когда выехали на проспект, сказал Герман.
Он вел машину одной рукой, второй пальцы второй, переплетя с моими и от этого простого жеста я просто млела.
- Ты же в отпуске! - возмутилась я.
- Надо сделать пару звонков и отправить отчет. Но потом мы запремся в квартире и не выйдем из нее трое суток. Тебе нужно вещи забрать?
Вообще -то
- А зачем мне переезжать? - спросила тихо. - Знаешь, мне не хочется быть номером в твоей записной книжке.
Герман молчал, и я потянула ладонь, но он сильнее сжал пальцы. А мне стало обидно и грустно, будто купила сумочку от Chanel, а придя домой обнаружила, что она сделана в Шанхае.
- Ужицкая, не усложняй, - вздохнул Герман и погладил большим пальцем мою ладонь. - Давай не будем торопиться.
- Я об этом и говорю! Давай не будем торопиться, - оптимистично воскликнула я. - Давай повстречаемся, как приличные люди, походим на свидания, погуляем по Москве, может быть, слетаем куда-нибудь на недельку...
Я тараторила без остановки, чтобы не разреветься, потому что мне хотелось переехать к Стрельникову вот прямо сейчас! И навсегда! Но... В наших отношениях всегда было но... Я не хочу временного союза, только не с ним, не с Германом. Я хочу' за него замуж, хочу'детей, у которых будет фамилия отца, хочу знать, что этот мужчина мой и только мой! А он был к этому не готов. И я согласная ждать...
- Слушай, ты устал, тебе надо пообщаться с мамой, коллегами, друзьями! Высади меня у метро, - преувеличенно бодро попросила я. - У меня тоже есть кое-какие дела, а завтра после работы встретимся.
