Судя по всему, пока я торговался с трактирщиком, отец с сыном уже успели поговорить, так что прощание вышло недолгим. Милош открыл замок на ящике в телеге, я забрал арбалеты и книгу, Пшемек взял трофейную шляпу и какие-то свои пожитки, уместившиеся в один небольшой мешок. Окончательно попрощались, после чего мы с учеником прошли в уже знакомую дверь, поднялись по полутёмной лестнице и зашли в дальнюю дверь по правой стороне. Лешек открыл нам смежную дверь и запер вторую комнату изнутри на задвижку и замок, оставив ключ в двери. Пшемек выпросил у меня книгу про ведьмецов и ушёл читать в свою комнату. До ужина оставалось ещё около часа, и я решил потратить этот час на оздоровительный сон.
Я спустился по лестнице и вышел на улицу. За моей спиной противно скрипнула и с грохотом захлопнулась дверь. Внезапно налетевший лёгкий ветерок принёс приятную прохладу. Улица словно вымерла, я покрутил головой, но не обнаружил ни души. Вдруг небо надо мной подозрительно потемнело. Я поднял голову и с ужасом увидел, как огромная стая здоровенных тварей, похожих на летучих мышей, заслонила свет своими перепончатыми крыльями. И эта стая неумолимо и целенаправленно приближалась ко мне. Уже можно было различить жуткие пасти, полные тонких острых зубов, и горящие алчным огнём глаза. Я подёргал дверь, но она почему-то не открывалась. Одна из тварей отделилась от стаи, подлетела и зависла в воздухе напротив моего лица.
– Я прошу прощения, – вдруг заговорила она человеческим голосом, – мы очень большая и кровожадная стая вампиров, а я её предводитель. Чтобы поддерживать авторитет, мне непременно нужно кого-нибудь кусать и пить кровь. Если не затруднит, пожалуйста, позвольте сделать вам «кусь!».
– Не позволю. С какой это стати? – я слегка растерялся при виде говорящей летучей мыши.
– Ну как вы не поймёте, – гигантский нетопырь укоризненно покачал головой, – это же закон природы. Мы – беспощадные охотники и кровопийцы, вы – добыча. Если я сейчас не укушу вас и не попью вашей крови, то нарушится баланс мироздания.
– Боюсь, если вы попьёте моей крови, то баланс мироздания нарушится у вас в организме, – мне категорически не хотелось оказаться укушенным. – Я чем только в детстве не болел, и свинкой, и краснухой, и ветрянкой. Вы болели ветрянкой?
– Я не помню. Скорее всего, нет, – мой собеседник выглядел озадаченно.
– Вот видите. Ветрянка во взрослом возрасте очень опасна. А последнее время у меня в крови холестерин и повышенный сахар. Так что, уважаемый предводитель, извините, не знаю вашего имени…
– Эдвард.
– Хм. Тот самый вампир Эдвард? Как там дела у Беллы? – я сбился с мысли и ляпнул первое, что пришло на ум.
– Не, я не тот Эдвард, – нетопырь смутился, – и никакую Беллу я не знаю. Последнее время почему-то все, кто слышит моё имя, переспрашивают: «Тот самый Эдвард?». Я уже, честно говоря, и сам не уверен. Может и тот самый.
– Извините, Эдвард, а вам удобно вот так висеть в воздухе, размахивая крыльями? Может, уже спуститесь на землю, примете свой обычный вид, и мы с вами зайдём в трактир? Тут совсем рядом, за углом. Пропустим по паре кружек пива с колбасками, покалякаем о делах наших скорбных, обсудим нашу непростую ситуацию.
– Я не уверен, что это хорошая идея, – ответил Эдвард. – Люди, когда видят мой истинный облик, почему-то странно реагируют.
– Да какое дело вам до этих людей, пусть реагируют как хотят. Вы же вампир Эдвард, предводитель стаи беспощадных кровопийц! Неужели вас смутит пара косых взглядов?
– Наверное, вы правы, – с этими словами Эдвард просто сложил крылья и шмякнулся об землю. Звук был такой, словно неаккуратная хозяйка уронила свежеразмороженную курицу. Затем вокруг места падения закружились странные тени, скручиваясь в небольшой вихрь, а ещё пару мгновений спустя прозвучал негромкий хлопок, как от дешёвой просроченной петарды.
Я смотрел на Эдварда, принявшего свой истинный облик, и не мог побороть возникшее внутри меня всепоглощающее чувство. Это чувство раздирало меня, оно безжалостно подавило мою волю и полностью захватило контроль над моим разумом. А в следующий момент я начал ржать, как ненормальный. Передо мной стоял лемур. Крупненький такой, наверняка один из лучших представителей своего вида. Огромные грустные глаза выразительно смотрели на меня, а торчащий вертикально длинный хвост с чередующимися чёрными и светло-коричневыми полосками слегка подрагивал от возмущения.
– Ну вот, опять, – выражение на морде лемура стало ещё более грустным. – Не понимаю, что во мне смешного.
– Ну как, – я с трудом подавил приступ безудержного смеха, – ты сам-то себя в зеркале видел?
– Какое зеркало, тупица, я в нём не отражаюсь.
Эдвард попытался оглядеть себя, вертя головой и подставляя взгляду то руки с маленькими ладошками и тонкими чёрными пальцами, то ноги с чёрными ступнями, то покрытый рыжеватой шерстью живот. При виде этого процесса я опять зашёлся в хохоте и упёрся рукой в стену, чтобы не упасть.
