— Может потому, что у ворот появились и члены стаи постарше, а может, потому, что и так вышло тебе на руку. Эдакая наглядная демонстрация, кто рулит в стае реально. — не промолчал я и, встав за спиной княжны, обнял ее, подпирая спину и демонстративно окружая собой.
— Рус! — качнула она головой, показывая недовольство вмешательством в беседу, но не отстранилась, потребовав у дернувшего щекой засранца ответа. — Зачем ты подтолкнул Эрика к нападению на стаи Дикого? И не нужно говорить, что это не так.
— Тогда я промолчу. — процедил с псевдо обиженной рожей Георг. — Эрин, что с тобой происходит? Столько лет нашей дружбы и моей преданности во всем вдруг стали ничем? Ты врываешься сюда и требуешь у меня ответов, заранее обвиняя по умолчанию и более того — ты позволяешь делать это в твоем присутствии чужаку и врагу. Что с нами стало?
От последней фразы, произнесенной с такими театральными упреком и тоской, у меня завибрировало в груди от рыка. Это его “с нами”, бесило, было жирной кляксой чего-то интимного, только им типа принадлежащего, чем ублюдок тыкнул именно мне в глаза.
— Ты мне скажи, что с нами стало, Гера. Как так вышло, что ты решил избавиться от моего сына? Он мешает твоим планам на будущее? Поэтому ты заводил речь о том, чтобы я не ехала вытаскивать его из плена и о том, что у нас могут быть еще свои дети. Те самые, твои потомки, которым бы ты хотел оставить власть у Курта, чему мешал бы Эрик.
— Ушам своим не верю, Эрин! Эрик — избалованный мальчишка, который меня терпеть не может, ему ничего не стоило наговорить обо мне всякой ерунды, и тебе это прекрасно известно. И чем бы нашим общим детям, пусть и не стопроцентным примам, помешал бы потомок этой дворняги? Ты же не думала, что Курта хоть когда-нибудь потерпели бы его над собой?
Я уже собрался показать, как дворняги умеют указывать место чистокровным псам, особенно когда дело касается их потомства, но Эрин опередила меня. Метнулась вперед, вырвавшись из моих объятий, и через долю мгновения Георг влетел спиной в стену кабинета, сполз на пол и оказался на заднице, держась рукой за челюсть.
— Рус — прим своей стаи! — рявкнула моя княжна, нависая над ним. — Чистокровный или обращенный, какая разница, если он сумел достигнуть такой силы! У хранимых Луной именно личная мощь всегда давала статус и право брать все желаемое, разве нет? В моем сыне течет кровь двух примов, так что, у тебя нет никакого права говорить о его происхождении с пренебрежением и оспаривать будущую возможность встать над Курта.
— Есть старые правила и устои, Рин, а есть ныне сложившаяся реальность, вот о чем я тебе говорил, а вовсе не пытался оскорбить. — ответил Георг, утирая кровь с губ, — Раньше мы могли быть предельно честными друг с другом. А теперь мне следует говорить лишь то, что ты и твой любовник желали бы услышать, а не правду? Но ведь это прямой путь к катастрофе, разве нет?
Я почувствовал смятение княжны, ублюдок ловко заговаривал ей зубы, цепляясь как репей к из прошлому и подтягивая его, как инструмент для манипуляции.
— К вопросу о правде, как она есть. — вмешался, хоть и словил за это импульс гнева от Эрин вкупе с кратким строгим взглядом. — Поведай нам, Георг, когда прим Эдгар пожелал возвращения своей дочери в стаю?
— Я обязан держать ответ перед ним? — вскочил на ноги ио прима Курта. — Серьезно, Рин? Ты привела врага в наш дом, чтобы он позволял себе чинить мне, проктор-приму и твоему другу детства допрос?
— Рус… — качнула головой Эрин, но уже хрен там.
— Эй, кончай тут становиться в позы и корчить обиженку! На вопрос отвечай! — рявкнул я.
— Р-р-рус! — зарычала Эрин и меня покачнуло от ее подчиняющей ментальной волны.
Ровно мгновение длилась моя борьба с самим собой, с поднявшейся в ответ волной силы, с четким пониманием, что я сильнее, что могу ее запросто одолеть сейчас. Могу, но никогда не стану этого делать. Никогда моя сила не будет направлена против нее.
— Прости, детка, я зарвался. — склонил покорно башку, злорадно замечая, как опять дернулась щека у Георга.
— Гера, ответь мне, когда отец позволил мне вернуться? — переформулировала княжна мой вопрос.
— Семь дней назад, а через два я был уже у тебя с его письмом. К чему этот вопрос, Рин?
— Я бы хотела увидеться с примом Эдгаром. Где он живет сейчас?
— Рин… ты же знаешь… — мягко-вкрадчиво начал Георг. — Эдгар позволил тебе вернуться в стаю, но не давал разрешения на встречу с ним. Он все еще…
— Пусть так! — оборвала его княжна. — Но я хочу услышать лично от него, что он все еще зол и не желает видеть меня! Где мне найти отца?
— Еще один крайне опрометчивый поступок, — якобы сокрушенно покачал головой Георг. — Столько лет ты ждала возможности вернуться и тут же хочешь все испортить, явившись к его жилищу без позволения и в компании с тем, кто был причиной всех проблем.