– Боюсь, не смогу. Я завтра вечером улетаю, простите, но в моем расписании нет на это места. Мне очень жаль. Правда.
– Я понимаю. И мне жаль. Можно я вас обниму за все, что вы сделали для Киры, хоть и не знали ее, – не дождавшись моего ответа, подруга обняла меня и этого дружеского жеста хватило, чтобы меня прорвало.
Вся боль, что я так упорно прятала сегодня внутри, скрывая от посторонних взглядов, разрушила возведенную мной плотину сосредоточенной стойкости и обрушилась на Эми. Со стороны я, скорее всего, выглядела странно. Строгая владелица юридической фирмы, ревущая в плечо первой встречной на дне памяти.
– Ну, вы чего, Аделина, тише-тише, я не хотела вас так расстроить, – она, как в старые добрые времена, успокаивала меня, не зная, кто на самом деле перед ней. Обманщица, которая устроила трагикомедию и цирк всей своей жизнью и заставила оплакивать себя всех, кто меня искренне любил. – Аделина, а хотите кофе? Я угощаю, давайте уедем отсюда. Здесь и правда все давит и выглядит угнетающе. Я и сама вот-вот разревусь, так резко тоскливо мне стало.
– А давайте. И ко мне можно и нужно на ты, после всего, что я сделала с вашей блузкой, – я показала на мокрое пятно на ее плече. – Только предупрежу мужа и… Наталью Андреевну.
– Хорошо. Я буду ждать внизу, в машине. Белый мерседес, прямо у входа.
Я поправила слегка расплывшийся макияж в туалете, отдышалась и подошла к маме и мужу.
– Мне нужно уехать. Простите. Не могу больше здесь находиться.
– Куда ты? – Мама в отчаянии схватила меня за руку. Ее голос срывался на плач, от чего мне еще сильнее хотелось скрыться прочь. Это было невыносимо тяжело видеть, какие страдания я ей причиняла. – Можешь не отвечать, только пообещай, что приедешь сегодня домой, хоть во сколько. Хоть на сколько. С Оливией. Прошу тебя, Аделина.
Мое сердце обливалось кровью. Я в отчаянии смотрела на мужа, но он никак меня не поддерживал в этот момент и ждал моего ответа вместе с мамой.
Боже, я так долго и мучительно наказывала себя изгнанием из семьи, отказывалась даже вскользь подумать о шансе переписать хотя бы эту часть своей истории в пользу Киры, что перестала ее замечать. “Ты каждый новый день выбираешь, какой будет твоя жизнь дальше. Цени эту возможность. В слове воМОЖНОсть есть одно, очень важное послание – МОЖНО. Нужно только его увидеть”.
– Я приеду. Обещаю. С Оливией.
***
– Ты такая красивая, Аделина, – Эми одной рукой крутила руль, другой надевала солнцезащитные очки в дерзкой белой оправе. Она стала красивее и увереннее в себе, но при этом была все такой же искренней, доброй и открытой. – Я сразу тебя в зале заметила, еще до официального представления. Люблю красивых и умных людей. Если что, я не часто в друзья набиваюсь. Просто ты была такой потерянной, хоть и стояла огромной ледяной глыбой. Как айсберг.
– Как айсберг, – повторила я, только сейчас осознав, что сорвалась со дня памяти с лучшей подругой, не думая о последствиях. – Все видят лишь верхушку, не замечая того, что спрятано под толщей льда.
– Поэтично. Ты любишь читать?
– Очень. Но не помню, когда в последний раз читала что-то кроме историй про разноцветного слона Элмера, корову-путешественницу Дейзи, да терапевтических сказок про маленьких капризуль.
– У тебя есть дети? – Удивилась Эми.
– Дочка. Оливия, – с нескрываемой гордостью ответила я.
– А где она? – Мы разговаривали так просто, будто и не расставались.
– В гостинице, с няней. И мне уже пора к ней возвращаться, – я всегда нервничала, когда долго не видела Лив. Как бы оставила ее дома на двое суток? Меня хватило бы максимум до регистрации на рейс самолета, потом рванула бы обратно. Муж слишком хорошо знал меня и настоял на правильном решении.
– У меня пока нет детей, но, думаю, еще часик няня справится без тебя. А мамочке, чтобы быть в адеквате, надо отвлекаться. Мы почти приехали.
– Хорошо. Но только по чашке кофе, – странность ситуации зашкаливала, но я сама себя в нее поместила. – У тебя красивая машина и здесь вкусно пахнет.
– Мой парень подарил, – я была счастлива за подругу, но сердце щемило от мыслей: я лишила себя близких людей и пропускаю важное в их жизни.
– Он тебя очень ценит, наверное.
– Не настолько, чтобы жениться, – она усмехнулась. Мне так хотелось поговорить по душам, все расспросить, но Аделина не имела на это права. Я промолчала, заметив знакомое здание торгового комплекса.
Куда меня могла привезти Эми, как не в Кокос? Серьезно?! Три года прошло, а она все туда же ходит? Я запротестовала якобы против шумных кафе и ей пришлось искать для нас более укромное место. С меня хватит дров в костер воспоминаний, он итак уже обжег мне все пятки.
Мы приехали в небольшую кофейню с приветливыми официантами. Сделали заказ, и, пока ждали его, я заметила, как косятся на нас парни с одного из столиков. Мужское внимание после всех событий вызывало во мне две кардинально разных реакции – бей или беги. Рефлекторно я начала крутить обручальное кольцо, которое, как щит, должно было защитить меня от приставаний. Но, в случае с Максом, мой оберег не сработал.
