Президиум ошеломил! Алена мне радостно рукой помахала... но моя рука как-то не поднялась. Рядом с ней — Сущак! Больше всего меня корежило, что это же «еще и она»! С кем мы целовались, мягко говоря. И вот! Это — как мясо протухло, недавно свежее! Впрочем, любители есть — судя по залу. Неужели и я в их трагедию ввязываюсь? Господи, только этого не хватало!
— Баба одна всего! — Валера кивнул на Алену. — Но годится.
— А тебе мало одной? — огрызнулся я.
— Так она ж твоя! — Валера раскусил с ходу. Да пожалуй, действительно — я горячусь. Ты с одной разберись! Из недавней своей практики — селезня вдруг вспомнил, подавившегося рыбой: из клюва торчали сразу два хвоста! И образ этот меня преследовал на протяжении всей пресс-конференции и самочувствия не улучшал.
— Итак, начинаем пресс-конференцию! — она-то и начала. — Тема «Социальные проблемы современного общества и пути их разрешения». Я — Алена Изер...
Этого я не знал!
— Одной из самых острых социальных проблем сейчас, — важно произносила она (даже очки надела), — является проблема трансгендерных сообществ — людей, меняющих свой пол...
— Прямо уж «наиболее»! Других проблем нет? — Валера проворчал, но с Алены глаз не сводил.
— Я — вице-президент международной медицинской компании «Меди-люксум»!
— О-о! — Валера одобрил.
— Слева от меня — представитель международного трансгендерного сообщества, которому наша компания оказывает посильную поддержку, как это делается сейчас и во всем мире, Ян Альбертович Сущак!
Аплодисменты! Раньше только Муслим Магомаев такие слыхал.
— Мы восхищаемся этими людьми, которые в борьбе за свободу своей личности, в стремлении к самовыражению не останавливаются ни перед чем...
Это верно.
— ...Даже перед огромными лишениями, которые они испытывают при смене пола — с операцией или без операции — это их выборр!
Слово это под сводами ррраскатилось! Аплодисменты! Блицы! Прямо герои-челюскинцы! А Ян — просто сам Челюскин!.. Хотя тот вроде в полярной эпопее участия не принимал. И вообще темная личность. Это я Яна имею в виду. Хотел это выкрикнуть... но явно не в дугу. Выведут.
— К сожалению, — Алена вздрогнула, — комиссии, в которой я работала, удалось выявить случаи преследования попыток изменения пола вплоть до заключения в психиатрическую клинику. Об этом расскажет нам Ян Сущак.
— Знаю я такой случай! — Валера громко произнес. — Так ее не за то поместили — она просто у мужа своего... достоинство оторвала. И у меня пыталась...
— Прекратите!
— Возмутительно!
— Он пьян!
— Позовите же полицию!
— Делаю вам замечание! — строго Алена произнесла.
— Да, похоже, мы со своим самовыражением тут не при делах, — мне Валера сказал. — Пошли? Кто их трогает? Вон баба сидит, которая явно под мужика косит, — и кто ее трогает? Да ее и тронуть-то страшно.
— Тиха! — был вынужден сказать ему я.
— ...Мы-то чем перед ними провинились, что здесь сидим? — пробормотал Валера и затих.
Некоторое время мы ловили еще возмущенные взгляды. Мы с Валерой, — осознал я — с нашей нетрансформированной внешностью смотримся здесь вызывающе. Ну, Алена, втравила!
Янчик наш встал, степенно раскланялся. Прямо герой-полярник! Вот кто светится-то!
— ...с нами также представитель литературной общественности города Валерий Григорьевич Попов! — Алена произнесла.
Что они все «Григорьич» да «Григорьич»? Георгич я. Тяжело встал.
Блицев нету. Видимо, перегорели все.
— Слово... Яну Альбертовичу Сущаку!
Вспышки! Блицы, оказывается, не перегорели.
— Наша ассоциация, — начал крутым баском, — откликаясь на мнение большинства...
Во дает! Может, как раз меньшинства?
— ...современного общества, проводит широкую кампанию за реализацию равных с остальным человечеством прав трансгендеров во всех областях человеческой деятельности.
Бешеные аплодисменты.
— В медицине...
Нет уж, только в общую очередь!
— В образовании...
Ну кто ж умного человека остановит? При чем здесь пол?
— В получении жилья...
Опа! А кто же это в наши дни получает жилье?! Чего это он сразу за жилье ухватился? А культура где?
— При тоталитарном режиме...
Пауза. Он выпил водички. А может, водки? Для борьбы с тоталитаризмом надо много сил.
— Жилье доставалось только номенклатуре.
Покосился на меня. Я раскланиваться не стал. Как я бывал в номенклатуре, дня два, я уже рассказывал когда-то. Журналисты строчили — кто на клавиатуре, а кто на листах.
— Партийным функционерам.
На это я даже не прореагировал.
— Творческой элите!
Тут он прямо указал на меня. За элиту — спасибо. Аплодисментов, однако, не последовало.
— Рабочим! — выкрикнул кто-то из зала.
— Да... отдельных рабочих тоже прикармливали! — мужественно признал Ян.
— А теперь их, что ли, надо прикармливать заместо рабочих? — Валера спросил. — Но что они, спрашиваются, произведут?
На него зашикали. Какое еще производство? При чем тут оно? Тут более острые проблемы стоят.
— Теперь настало время справедливого распределения жилья! — выложил главное Ян.
Разве настало?
— Компания «Меди-люксум» оказывает необходимую финансовую поддержку... пилотному проекту, — доложила Алена.
