Влад снова набрал номер Яны и посмотрел на таксиста. Тот ничего не сказал и прибавил газу.
Дорога была пуста.
Они мчались со скоростью около ста километров в час. Влад вглядывался в темноту, пытаясь что-то рассмотреть по сторонам. Он увидел поворот, закрытый шлагбаумом. Никакого автобуса.
Влад позвонил в полицию и в ДПС. Сообщил свои данные, номер маршрута, время, когда автобус скрылся. Сообщил все, кроме того, что водителя за рулем не было. Оставил свои контакты. Диспетчеры обещали выслать несколько машин на перехват со стороны Берёзовского и со стороны ЖБИ.
Впереди замаячили встречные фары. Сердце Влада замерло. Но это был седан. Он промчался мимо, даже не посочувствовав горю Влада.
– Да догоним, шеф, не переживай, – сказал водитель.
Он говорил что-то еще, но Влад его не слушал. Он никогда не слушал то, о чем болтают таксисты. Он и родственников-то редко слушал, что уж говорить о малознакомых людях.
Механический голос в трубке то и дело повторял:
За окном проносился темный лес. Иногда попадались автобусные остановки. Тут можно было сесть на транспорт до Берёзовского. За плотной чернотой деревьев скрывались сады, болота, гранитные карьеры и какой-то завод.
Однажды Влад катался тут на велосипеде и наткнулся на ревущее и грохочущее здание. Но он так и не выяснил, чем занимается завод. Шарташский парк был огромен и скрывал в себе множество объектов. А это значит, что и подъездные пути к ним тоже имелись.
Снова появились огни. На этот раз задние фонари. И снова это была случайная машина. Они обогнали ее в два счета. Старенькая «девятка» едва плелась по дороге.
И почему он не мог спокойно взять Янку за руку и выйти из маршрутки? Почему витал в облаках? Сейчас бы ничего этого не было. Сейчас были бы дома. Он бы писал свои дурацкие рассказы, а Янка купалась в ванной. Она любила отмокать в воде и пене по целому часу. Набирала себе полную ванну, брала игрушки и плескалась, как дельфин, пока пальцы не разбухали, вся кожа не превращалась в сморщенный кисель и она не делалась похожей на большой живой изюм. Тогда и Ариана бы не кричала на него. И все были бы счастливы.
Влад кусал губы. Водитель что-то спрашивал.
– Что? – переспросил Влад.
– Недоступна?
– А… – Влад посмотрел на экран телефона. – Все по-прежнему.
– Фигово, шеф. Слушай, но ты не переживай сильно-то. Ничего с ней не будет. Она же у тебя не грудная, себя в обиду не даст. Так оно? Так. Да и водила наверняка не самоубийца. Скорее всего, он, эт самое, просто сам перепугался, что у него там ребенок в салоне. Вот увидишь, он позвонит в полицию, если уже не позвонил. Вероятно, он даже едет в отделение. У него же нет, эт самое, алиби… Ну, ты понял. Сейчас преступникам тяжело живется. Везде камеры понатыканы. Не удивлюсь, что и в туалетах, и в примерочных тоже скрытые камеры стоят. Так оно? Шеф?
– Ну да, – ответил Влад, поглядывая то на дорогу, то на таксиста. Но эти слова его не успокоили. Ведь Влад знал, что водителя в автобусе нет.
– Меня Клим зовут, – сказал таксист и протянул руку.
Влад пожал ее. Назвал свое имя.
– Слушай, найдем мы твою дочку, догоним маршрутку. Мой «Логан» побыстрее будет, чем автобус. А насчет того, что ты оставил дочь… Так это со всеми бывает.
Влад взглянул на него. Пытался оценить, шутит Клим или нет. Тот не улыбался.
– Да, со мной тоже было пару раз. Я сына в садике забывал. Один раз даже в метро. Тоже стыдно было. Жутко стыдно. Так что я тебя понимаю.
Влад кивнул. Ему не хотелось сейчас поддерживать беседу о том, как часто взрослые теряют детей.
– Помню, как воспитательница младшего – Лешки – меня пристыдила. Обещала жалобу на меня накатать. Ну, ничего. Потом вроде бы все устаканилось. А в метро… дак там вообще смех был…
Клим улыбнулся, взглянул на Влада, но не нашел поддержки. Улыбка погасла.
– Шеф, тут есть свороток к Малому Шарташу, будем заезжать?
– Пока нет, нам надо сначала дорогу прочесать, до Берёзовского доехать. А за нами поедет моя жена с друзьями. Они-то и будут заезжать во все уголки.
– А они найдут его? Поворот, я имею в виду.
Влад пожал плечами.
У него зазвонил телефон.
– Алло.
– Добрый вечер. Это вы звонили по поводу маршрута ноль семьдесят семь?
– Да.
– Вы знаете, но последний ноль семьдесят седьмой сейчас все еще на рейсе.
– Свяжитесь с ним, передайте, что я его придушу, – сказал Влад.
– Он сейчас в центре, – сказал диспетчер.
– Что? Как он там оказался?
– У последнего рейса была поломка на Белинского. И вместо него поехал другой автобус. Поэтому он еще даже не доехал до ЖБИ. Он идет с опозданием.
Влад снял шапку. Пот катился с него градом. Его голос начал дрожать. К горлу подступила тошнота. Глаза были мокрые.
– Невозможно. Я сам лично ехал на этой маршрутке. И…
– Номер маршрута не могли перепутать?
Влад закрыл глаза.
