И вдруг тишина взорвалась взрывом петард, из чего Андрей сделал вывод, что сейчас одна минута первого ночи.
– С новым годом! – звук ее голоса был похож на звук сквозняка в старом доме. Страшный, протяжный звук, после которого все легенды и страшилки о монстрах становились смешными. Андрей только слабо огрызнулся:
– И тебя с наступившим.
Тень вышла из шкафа, где еще час назад рыскала в вещах жена Андрея, и уселась в ногах парализованного.
– Чего ты боишься?
Андрей решил отвечать честно:
– Да, я боюсь смерти. Но еще страшнее – это не знание того, как я умру.
– Я тебя всего лишь сожру! – был ответ.
в следующий миг монстр вонзил свои клыки в запястье Андрея. Адская боль пронзила человека в том месте, где была его правая рука. Кровь фонтаном брызнула.
– Почему мне так больно? – с испуганным удивлением спросил умирающий, – я же парализован.
Тень будто только и ждала этого вопроса, легко перестав пировать.
– А ты и до этого ничего не чувствовал. Я не беру в расчет твой паралич. До него. Когда ты стал пить, твои чувства уже были мертвы. Но сейчас ты будешь чувствовать так, как никогда в жизни не чувствовал, потому что нельзя умереть еще не пожив. В следующий миг она когтем вскрывает живот Андрея.
Сквозь кровь и слезы, Андрей чувствовал боль в руке и животе. Он смотрел как тень жрет его кишки. Как колбасу.
Чувствовал запах железа и дерьма. Вышеупомянутые дерьмо и кровь разлетались в разные стороны, когда чудовище вгрызалась своими зубами в естество Андрея.
И вот только сейчас Андрей вспомнил, что можно кричать. И он стал кричать, иногда прерываясь на кашель и хрипы, ибо кровь уже начинала вытекать из его горла.
Тень закончила с ливером, и по локоть погрузила руки в живот Андрея. И вытащила что-то черное треугольное. Сквозь кровавые
Тварь на секунду отвлеклась от трапезы:
– Знаешь, за все свои мучения ты должен попасть в рай. Тебя это радует?
Андрей ничего не мог ответить, сквозь кровавые слезы он смотрел, как монстр догрызает его печень. В его животе была удивительная легкость и адская боль.
Андрей кричал и кричал. А тень буркнула, что-то, типа:
– Ну, это тебе точно не понадобится, – и вырвала половой орган Андрея. Поглотив член как сосиску, она оторвала яички, после чего склонившись к самому лицу Андрея, откусила каждое пополам и проглотила.
– Да почему я никак не умру? – рыгая кровью, слабо прохрипел Андрей.
– Да потому, что ты сейчас чувствуешь то, что чувствуют все мертвые душой.
Миг, и монстр высосал правый глаз человека.
Андрей еще застал момент, когда ему высосали левый глаз, разгрызли нос, вырвали язык. И лишь спустя вечность, когда хрустнул череп, а сквозь кровоточащие пустые глазницы и из ушей потек мозг – пришло спасительное забвение…
В шесть утра первого января, жена Андрея, удовлетворенная непостоянным любовником, зашла в квартиру на цыпочках, пытаясь не разбудить мужа. Его она все-таки любила.
Она юркнула постель. В кровати было мокро.
– Обделался, что ли? – зло подумала она, вскакивая с кровати и включая свет…
Свою старость эта женщина встретила в психиатрической больнице.
Это было так страшно. Когда приехала полиция, они ни чего не хотела слышать и знать. Все сразу же обвинили эту женщину, не смотря ни на какие улики и показания любовника, без всяких разбирательств.
В психушке к ней иногда приходила тень:
– Ты знаешь, твой муж будет таким сладким. Когда-нибудь я сожру тебя, и надеюсь, что ты будешь такой же вкусной. Вкусная, как и все бездушные.
И зачем он поспорил, что пройдет ночью через все кладбище и выйдет через задние ворота, где его будут поджидать друзья, с которыми он и поспорил? Зачем?
А как начиналось…
Летним вечером гулял Юрий со своей компанией. И когда проходили мимо главных кладбищенских ворот, черт дернул этого кареглазого с длинными вьющимися темными волосами Юру ляпнуть:
– Пацаны, а слабо в темноте пройти сквозь кладбище?
Все дружно отказались и предложили Юре самому опробовать эту гениальную идею. Последнему ничего не оставалось, как принять собственный же вызов.
Вот только входить в передние ворота кладбища оказалось страшнее, чем представлялось главному герою.
Друзья покинули его. Отправились пить пиво к задним воротам кладбища и поджидать Юру.
Мелькнула шальная мысль отказаться от всего, но Юрий поборол в себе панику.
– Недаром у меня с утра плохое предчувствие, – подумал он.
Вздохнув с видом обреченного, Юра шагнул в кладбищенские ворота.
Кладбище встретило главного героя почти непроглядной тьмой и угрожающей тишиной. Не без содрогания Юрий шагал вперед, предчувствуя, что каждый его следующий шаг может стать последним. Он просто потеряет сознание от страха.
Постепенно глаза привыкли к темноте, и он стал замечать ближайшие памятники, тянущиеся по обе стороны дороги, по которой вышагивал Юра.
Страх стал ослабевать.
Его слух стал улавливать шорох ветра в кронах деревьев, и этот ветер, как бы, создавал иллюзию жизни в этом мертвом саду.
Внезапно ему вспомнились слова одной песни из группы «Ария»:
