Женя – большая маленькая девочка. С одной стороны, в семье она младше всех, даже своей любимой таксы Ветки, а с другой – чтобы заплести ей косички, маме каждое утро приходится вставать на табуретку.Вообще Женя точно такая же, как все другие семилетние девочки. Она терпеть не может, когда её разглядывают или считают какой-то особенной. Она умеет чистить картошку так, чтобы шкурка превращалась в тонкие длинные ленточки. Умеет пришивать пуговицы – почти так же красиво, как папа. А ещё у неё отлично получается рассказывать разные истории – потому что с ней всё время случается что-нибудь интересное…В шестой книге «Тыквандо» Женю и её друзей поджидает… весёлый Хэллоуин. А точнее, целых два конкурса – «Тыква года», а ещё «Самый Ужасный Костюм». Теперь надо срочно раздобыть тыкву! И Мишка знает где – дома у своей тёти. Только есть проблема: эту неподъёмную тыкву надо доставить в школу целой и невредимой! Конечно, тут поможет Тыквоперевозочное средство, но всё не так просто, как кажется… А ещё Женя не хочет придумывать себе костюм. Точнее, она уже всё придумала. Жене хочется побыть САМОЙ ОБЫЧНОЙ, НЕУДИВИТЕЛЬНОЙ ДЕВОЧКОЙ. Как думаете, у неё получится?Книги Марии Бершадской о большой маленькой девочке рассказывают о Жене, которая вытянулась выше самого высокого в мире баскетболиста, и о том, как здорово и как сложно быть непохожим на других. На протяжении двенадцати книжек Женя всё ещё растёт – она меняется, взрослеет. Папа ей говорит, что у каждого человека, даже если он уже вырос, есть ещё какой-то ВНУТРЕННИЙ РОСТ. Жене пока не очень понятно, что нужно делать для этого роста, который внутри. Гулять под дождём? Петь песни? Есть какую-нибудь полезную гадость? Мы тоже этого пока не поняли, но, может быть, прочитав эти двенадцать историй, мы тоже немножко вырастем?В формате pdf A4 сохранен издательский дизайн.
Получается, что я – БОЛЬШАЯ МАЛЕНЬКАЯ ДЕВОЧКА.
Меня зовут Женя. Мне семь лет. В нашей семье я самая младшая. Даже такса Ветка старше меня на целый год.
Надо попросить, чтобы мне подарили хомячка или рыбку. Хотя бы для них я буду взрослой!
И я, самая маленькая в семье, – большая. Очень, ОЧЕНЬ большая.
Я родилась самой обычной девочкой. Но почему-то росла очень быстро. Мне рассказывали, что за ночь я ТАК вырастала, что кофточка с длинными рукавами, в которой меня укладывали спать, к утру казалась на мне крошечной маечкой.
К счастью, сейчас я уже перестала расти.
Но мне всё равно трудно бывает понять, какая я – маленькая или большая.
Когда я прошу у Ани послушать её музыку в плеере, она говорит, что я не пойму, потому что я ещё маленькая.
А когда я не хочу собирать перед сном конструктор, мама говорит, что глупо капризничать, потому что я уже большая.
Вообще я точно такая же, как все другие семилетние девочки. Терпеть не могу, когда меня разглядывают или считают какой-то особенной.
Я умею чистить картошку так, чтобы шкурка превращалась в тонкие длинные ленточки. Умею пришивать пуговицы – почти так же красиво, как папа.
Папа говорит, что у каждого человека, даже если он уже вырос, есть ещё какой-то ВНУТРЕННИЙ РОСТ. Я понимаю, как растут цветок или огурец – их нужно поливать. А что нужно делать для этого роста, который внутри, я не понимаю. Гулять под дождём? Петь песни? Есть какую-нибудь полезную гадость?
Может, внутри меня растёт невидимый и удивительно прекрасный огурец. И с каждым днём он становится больше. Это было бы зд'oрово, я люблю огурцы!
А ещё я люблю рассказывать разные истории.
Наверное, мой ВНУТРЕННИЙ ОГУРЕЦ от этих историй – растёт. Главное, чтоб он не вымахал СЛИШКОМ БОЛЬШОЙ.
Потому что со мной всё время случается что-нибудь интересное.
Вот, например…
– Жалко, что я не играю на скрипке, – сказала Соня.
– Почему? – удивилась я.
– Вот один знаменитый скрипач рассказывал – ему в пятом классе музыка надоела. Он поднялся на десятый этаж и скрипку с балкона выкинул.
– Тебе чего, скрипку жалко? – хмыкнул Мишка.
– Мне жалко, что я в музыкалке ПИАНИНО выбрала. Оно ни в какое окно не пролезет.
Мы с Мишкой переглянулись.
Да уж, не повезло Соне. И пианино, и бабушка. Особенно бабушка – она всё время закутывает Соню в шарф. А ещё она всегда следит за нами в окно. Только мы придумаем что-нибудь интересное – тут же зовёт Соню домой делать какое-то сольфеджио.
– Каждый день одно и то же, – бурчала Соня. – Я бы лучше спортом каким-нибудь занялась. Бегом. Или плаваньем. Или этим… тыквандо.
Мишка фыркнул.
– Будет тебе сегодня тыквандо. Мы с дедушкой знаешь какую тыкву вырастили? Закачаешься!
Трамвай подпрыгивал и дребезжал – как будто мы сидели на старой стиральной машине.
На переднее сиденье мы втиснулись втроём. Было, конечно, тесновато. Зато вместе.
Мишку совсем уболтало. А я радовалась, что нам ещё долго ехать.
В Маленьком Городе, где я жила раньше, не было никаких трамваев. И троллейбусов тоже. Его можно было обойти за час – это если не очень торопиться. Весь город лежал передо мной – как яблоко на блюдце. И я всё про него знала – ведь не бывает яблока со вкусом солёного огурца.
Здесь, в Большом Городе, всё по-другому. Никогда не знаешь, чего от него ждать. Большой Город – и яблоко, и солёный огурец, и сладкая ириска – всё сразу.
Теперь я даже рада, что мы переехали.
Трамвай остановился на горке.
– Долго ещё до твоей тёти ехать? – Соня расстегнула куртку и сунула шапку в карман. Правда, на всякий случай оглянулась – вдруг рядом едет бабушкина знакомая.
– Три остановки, – процедил Мишка сквозь зубы, – новый дом, рядом с магазином.
Он стал такого же цвета, как мой новый рюкзак, – серый и ещё немножко зелёный. Папа говорит, что от укачивания помогают кислые леденцы. Леденца у нас не нашлось. Поэтому Мишка сосал кончик моей фиолетовой ручки.
– Интересно, куда мы тыкву положим? – пробормотала Соня.
Вообще-то Мишкина тётя обещала привезти тыкву сама. Но в тётиной машине что-то сломалось, и её забрали в ремонт. От дедушкиной «Волги» тоже не было никакого толку – неделю назад она остановилась у обувного магазина. И всё. Никому не удалось её растолкать.
– Разберёмся, – буркнул Мишка. – Увидишь – в этом году главный приз точно мой будет.
– А главный приз – Маша Яценко! – хихикнула Соня.
Мишка показал нам кулак и отвернулся к окну.
О том, как растёт Мишкина тыква, я слушала всё лето.
К середине октября я даже могла выговорить название праздника: Хэ-ллоу-ин.
Хэллоуин – это конкурс на лучшую тыкву.
Карнавал, где можно ходить в самых страшных костюмах. Специально, чтоб всех напугать.
Об этом говорили Мишка, Соня, Анька… вся школа: «В последний день четверти будет тако-о-о-о-о-е!»
Но тако-о-о-о-о-е случилось раньше. За четыре дня до праздника в подвале лопнула труба.
