— Рад, что ты принял предложение, смертный и пусть твоя судьба будет озарена величием звезд. Полагаю, со временем, ты сможешь стать достойным членом ордена «Черной лилии», но для этого ты должен показать свою доблесть и одаренность, пройдя почетные испытания. В финале тебя будет ожидать великая награда. Сейчас же внимай: первое: ты должен одевать этот амулет на каждое испытание, в остальное же время его ношение не обязательно, второе — в испытаниях у тебя будут достойные оппоненты, и для того, чтобы победить их, ты должен будешь продемонстрировать свой талант в полной мере, и третье — мы назвали цикл этих испытаний клубом «Мертвых грешников». Ведь в душе, все мы грешны.
Добро пожаловать в общество. Первое же испытание — сочинить оду прекрасной и величественной Ариадне. Полагаю, ты должен с этим справиться, удачи тебе, о, достойный.
После этой фразы все нити внезапно исчезли, и узор амулета принял его привычную форму. Я выдохнул. Мысленно поймав на себе заинтересованный и обеспокоенный взгляд леди-вампира, я повернул голову в ее сторону и продекламировал:
— Все хорошо. Со мной все нормально. Однако у меня есть к Вам пара вопросов, Мирра.
Обеспокоенность во взгляде девушки исчезла.
— Алексей, если позволите, я тоже буду называть Вас по имени. Предвкушая все ваши вопросы, я хочу рассказать вам о том, как ко мне попал этот амулет и всю ситуацию, о которой мы писали в письме к вашей высокоуважаемой организации. К сожалению, я вижу подобную вещь не первый раз. Ранее я наблюдала аналогичный амулет на шее госпожи Эстер Русаковой, ровно перед тем, как она перестала посещать собрания нашего сообщества, т. е. «Алого Конклава». Произошло это где-то около шести месяцев назад. Эта юная по нашим меркам особа принадлежит к весьма эксцентричному роду «Вирэску», поэтому поначалу мы не придали этому факту никакого значения. Только спустя пару месяцев ее непосещений, мы узнали, что она порвала все связи с нашим сообществом, чем несказанно расстроила своего Сира — Даниила Ивановича Хармса. Да, именно того самого, о котором вы подумали. Весьма занимательная личность, но сейчас не о нем. Своими силами нам удалось выяснить только то, что женщина осталась в городе, и, по всей видимости, объединила свои усилия со своим собственным «дитя», т. е. вампиром, которому она дала становление. Кстати, его зовут Александр Николаевич Шукшин и буквально лет пять назад он был крайне талантливым, и падающим надежды актером Мариинки, ах, судьба, судьба. И все бы ничего, ситуация была бы нормальной и безобидной, если бы недавно не пропал еще один представитель рода «Вирэску» — Алешенька, а мне не пришло прелестное письмо с небольшой запиской и этим амулетом.
Лохвицкая достала из ящика стола изящный конверт и протянула его мне. Надев перчатки, я было уже хотел взять его, но меня опередила фраза леди-вампир:
— Можете не утруждать себя. Отследить отправителя или того, кто писал послание — невозможно. Мы проверяли.
После этого, я все же взял письмо, а женщина продолжила беседу.
— Этот конверт я нашла в прошлое воскресенье в своем личном домашнем почтовом ящике. Это максимум информации, который я могу вам о нем сообщить. Больше, к нашему глубочайшему сожалению, ничего узнать не удалось. Думаю информация, которая содержится в письме, для вас будет весьма интересна и вполне может послужить первым шагом в расследовании этого дела, но будьте осторожны, полагаю, вы поняли, насколько могучие силы задействованы во всем этом. Добавлю только, что Алешенька — «дитя» уважаемого всеми нами Павла Мартыновича Скавронского. Если Вам будет интересно, то я могу предоставить адрес его особняка, возможно, Вам захочется побеседовать с этим занимательным господином. Однако сразу предупреждаю, он, как и большинство представителей его рода, отличается некоторыми странностями; будьте благосклонны к ним. Сейчас же, искренне советую вам, все-таки прочитать пришедшее мне послание и, если возникнут дополнительные вопросы, задать их. Со своей стороны обязуюсь помочь Вам в меру своих скромных возможностей.
Слегка улыбнувшись, я снял перчатки и приступил к изучению содержимого конверта. Опять письмо, второе за день и это в эпоху интернета, на мгновение промелькнула и куда-то поспешно убежала шальная мысль. На представшем моему взгляду, кипельно белом листе, находившемся внутри, было написано ровно следующее: