Ригир жил своей жизнью. Каждый сотрудник был занят делом, причем непременно важным и нужным делом, а других у магов, естественно, и не бывает. Наставник нашего героя, после беседы с юношей, отлучился на весь день и больше не появлялся до самого конца рабочего времени. Алексей же, безвылазно просидел за компьютером практически до закрытия офиса, бороздя просторы интернета и ФСБшно-магической базы. Таким банальным и незатейливым образом стрелка часов добежала до половины восьмого вечера. Мат. часть была изучена и закреплена, а, следовательно, близилось время практики. Перефразируя ведущего игры в «Мафию» можно резюмировать: «Наступает вечер. Вампиры просыпаются…»
Устроившись поудобнее в кресле, я перевел дух, на всякий случай установил связь с Августином (мало ли по каким вопросам придется общаться со Скавронским), а затем мысленно успокоил себя и, наконец, набрал номер усадьбы графа. Через несколько секунд гудки сменились ни чем не примечательной фоновой музыкой, а затем учтивый женский голос в трубке продекларировал следующее:
— Приветствуем Вас в частной телефонной сети компании «Алые Паруса». Вы набрали номер одного из наших учредительных директоров Павла Мартыновича Скавронского, пожалуйста, представьтесь и уточните цель вашего звонка.
Я немного опешил и занервничал, будто нашкодивший первоклассник, не понимающий своей вины, но затем быстро пришел в себя и продолжил беседу.
— Сотрудник Ригира, Алексей Валерьевич Ларин. Цель моего звонка — назначить встречу с господином Скавронским в рамках проведения расследования, недавно порученного вашей организацией.
Несколько секунд в трубке звучала тишина. А затем, все тот же приятный женский голос ответил:
— Благодарим за предоставленную информацию. Мы переводим Ваш звонок в резиденцию господина Скавронского. Приятной беседы.
Еще некоторое время в трубке звучала невнятная музыка, и она начинала мне уже надоедать, но затем, я понял, как был неправ. Эту музыку сменило, по-видимому, одно из произведений нашего несравненного мэтра, и я осознал, за что именно людям платили на премьерах его опер. Однако, к счастью, мой слух страдал не долго, и буквально через несколько секунд кто-то поднял трубку:.
Мои ожидания оправдались, и ответивший, достаточно мелодичным и напевным голосом, начал нашу беседу.
— Приветствуем Вас в доме муз, где духи оперы ютятся.
— Приветствую. Вас беспокоит сотрудник Ригира, Алексей Валерьевич Ларин.
Спешно пробормотал я, еще не понимая как в данном случае правильно вести разговор. Но петь уже хотелось изрядно.
— Чему обязаны высокой чести услышать дивный голос Ваш?
И тут я не выдержал. Слава Богу, в отделе к этому времени, никого практически не было, поэтому я решил, вдоволь разгуляться. А заодно и проверить свои скромные вокальные данные:
— Нет уж извольте, но почести, ведь для меня высокое почтенье здесь, беседовать, не прибегая к лести, со знатным домом, что в искусстве весь.
После этого случилась небольшая пауза. Однако, находчивый дворецкий, а, по-видимому, это был именно он, ничтоже сумняшеся, продолжил беседу.
— Почтенье всем, обеим нашим сторонам, но все же — что вдруг привело Вас к нам?
— Ну, раз Вы спрашиваете, — дело службы. Что я с почетом долго уж блюду, но о деталях не могу обмолвиться досуже, быть может, в гости к Вам сегодня я приду? Ведь дело тут не терпит отлагательств, затрагивая даже Ваш высокий ранг, и в силу этих самых обстоятельств, посмею уточнить — не дремлет враг. Так можно ли просить у вас аудиенций? Или прикажете мне ждать, как ждал, увы, Боэций?
— Секунду погодите, мы узнаем и тут же огласим решенье Вам.
Воцарилась небольшая пауза, и я выдохнул. Не люблю штампы, но вечер явно переставал быть томным.
— Поведать Мы Вам смеем, что готовы принять Вас в день погожий сей весьма. Вам сообщить про адрес наш?
— Ну что вы. Не знать, возможно ль это, к вам ведет от муз тесьма…
После этого я выдержал небольшую паузу и лаконично добавил.
— До скорой встречи, будут я в теченье часа.
— Покорно ждем отныне Ваш визит.
Помедлив некоторое время, в мучениях спешно вспоминая нормы этикета, я, наконец, решился и повесил трубку.
Знаете, может, голос и не является моей гордостью, ибо гордиться тут нечем, зато вот стихи получились весьма недурственные, а значит, есть шанс завтра все-таки не вылететь в первом туре и сочинить приличную оду. Ну, по крайне мере, есть основания на это надеяться. Однако, это все будет только завтра, а сейчас, вперед и с песней, выдвигаемся в усадьбу. И ведь реально с песней, подумалось мимолетом мне…