И они завернули юношу в его одежды и накинули на него шёлковый плащ и вышли к кораблю, и старец вышел позади них. И, увидав своего сына лежащим, он упал на землю и посыпал голову прахом и бил себя по лицу и вырвал себе бороду. И он подумал о смерти своего сына и заплакал ещё сильнее и лишился чувств, и тогда один из рабов поднялся и принёс кусок шёлковой материи, и старика положили на скамью и сели у него в головах, и все это время я был на дереве над их головой и смотрел, что происходит, и моё сердце поседело прежде, чем стала седою моя голова, из-за забот и печалей, перенесённых мною. И я произнёс:
«Велики блага тайные Аллаха,Что скрыты от ума мужей разумных,Как много дел тебе противны утром,А вечером они приносят радость!Как часто нам легко вслед за мученьем!Так облегчи же грусть больного сердца!»О госпожа моя, старец все был без сознания, пока не приблизился закат, а потом он очнулся, и, увидев своего сына, с которым случилось то, чего он боялся, он стал бить себя по липу и по голове и произнёс: «Разлукой с любимыми все сердце истерзано, И слезы из глаз моих струятся потоками.
Далеко желание ушло, о печаль моя,Что ныне придумаю? Скажу что? Что сделаю?О, если б не видел я ни разу возлюбленных!Владыки мои, как быть? – Стеснились пути мои.И как мне утешиться утехой, когда взыгралОгонь страсти в душе моей и ярко пылает там?О, если бы с ними я искал своей гибели!Меж мною и ими связь, которой нельзя порвать.Аллахом молю тебя, доносчик, помягче будь!И пусть единение меж нами продлится век.Как было прекрасно нам, когда единил нас домИ жили в блаженстве мы четой неразлучною,Пока не сразила нас стрела расставания.А кто может вынести стрелу расставания?Когда поразило те в любимом несчастие,В едином во дни его, исполненном прелести,Сказал я, а речь судьбы уж раньше промолвила:«О, если б, дитя моё, не кончился жизни срок!Каким бы путём тебя мне ветре гать немедленно?Душой я бы выкупил тебя, если б приняли.И если скажу – он солнце, – солнце заходит ведь.А если скажу – луна, – луна ведь зашла уже.О, грусть по тебе моя! О, горе от рока мне!Нет жизни мне без тебя, так что ж развлечёт меня?В тоске по тебе отец погиб твой; с тех пор как тыПовергнут кончиною, стеснились пути мои.И взоры завистников упали на пас в сей день.Пусть тем же воздаётся им! Как скверны поступки их!»Он издал крик, от которого дух его расстался с телом, и рабы закричали: «Увы, наш господин!» – и посыпали себе головы землёй и ещё сильнее заплакали. И они положили своего господина на корабле рядом с сыном и, распустив на судне паруса, скрылись с моих глаз, и тогда я слез с дерева и спустился в подземелье и стал думать о юноше. И я увидел некоторые из его вещей и произнёс такое стихотворение:
«Я таю в тоске, увидя слезы любимых,На родине их потоками лью я слезы.Прошу я того, кто с ними судил расстаться,Чтоб мне даровал когда-нибудь он свидание».
