— Я… — начал Маркус и оборвал себя, чуя подвох. — Я не осмелился бы предвосхищать ваши планы, сэр.
— Но каково было бы ваше мнение? — Янус подался ближе. — Что сделали бы вы, если бы командовали полком?
«Поджал бы хвост и удрал без оглядки», — подумал Маркус, медленно покачав головой.
— Согласно донесениям, которые мы получили перед самым отходом, численность армии искупителей в Эш–Катарионе составляла почти двадцать тысяч человек. С тех пор их стало значительно больше. Кроме того, есть еще генерал Хтоба, — при звуке это имени он едва не сплюнул, — и его аскеры, добрых шесть батальонов солдат, обученных ворданайскими инструкторами и оснащенных ворданайским оружием. А с тех пор как Стальной Призрак поднял десолтаев и столкнулся со священниками… — Маркус развел руки. — Наши силы, если полк будет укомплектован полностью, составят около четырех тысяч человек.
— Чуть больше, — перебил Янус, — с артиллерией и кавалерией.
— Чуть больше четырех тысяч, — согласился Маркус. — Против… скажем приблизительно, тридцати тысяч. Шесть против одного, и это только считая солдат в строю. К тому времени, когда искупители взбудоражили чернь, почти все население Эш–Катариона спало и видело, как бы избавиться от принца.
— Шесть против одного, — повторил Янус. — Неравные шансы.
— Неравные, — кивнул Маркус. — Сэр, я не говорю, что мои люди не готовы драться. Будь у нас еще хоть один отряд, еще несколько пушек, быть может, полк кирасир — я бы не стал колебаться. Но… неравные шансы есть неравные шансы.
Янус медленно кивнул. И, словно приняв какое–то решение, широко улыбнулся:
— Капитан, вы не согласитесь поужинать со мной? Полагаю, я должен вам кое–что объяснить.
До ужина оставалось еще несколько светлых часов, а значит — еще несколько часов возни с бумагами. Избежать этого было невозможно; за то время, когда полком командовал Бен Варус, учетные книги и личные дела Колониального полка плачевно устарели, несмотря на все тайные старания Фица навести порядок в кавардаке, устроенном его старшим братом, а у Маркуса с самого начала попросту не хватало времени на то, чтобы вплотную заняться заброшенной документацией. Теперь же, когда полковые списки предстояло пополнить двумя тысячами рекрутов, не считая нескольких десятков новоиспеченных сержантов и лейтенантов, океан бюрократических нужд грозил захлестнуть его с головой.
Маркус, однако, был не из тех, кто сдается без боя, и остаток дня он провел, продираясь сквозь дебри бумажной зауми и ставя повсюду, где необходимо, свою подпись. Он даже головы не поднял, когда Фиц беззвучной тенью проскользнул в кабинет и поставил рядом с его локтем дымящуюся чашку. Впрочем, стоило Маркусу рассеянно потянуться к ней и сделать глоток, как он тотчас оторвался от бумаг и взглянул на лейтенанта.
— Чай?! Настоящий чай?! Фиц, ты держал его на черный день?
Молодой человек улыбнулся:
— Нет, сэр, его доставил сюда флот. Если быть точным, это подарок от полковника.
Маркус вытянул губы, подул на чашку и сделал второй, уже более основательный глоток. Изысканный тонкий аромат, словно заклинание могущественного мага, перенес его за много миль и за много лет отсюда, в давнее мирное прошлое. На краткий миг капитан вернулся в военную академию в Гренте, и чашка чая дымилась, остывая, у локтя, покуда он штудировал очередной трудный текст по теории тактики и вполуха слушал болтовню Адрехта о свежих сплетнях студенческого городка. Маркус прикрыл глаза.
В Хандаре пили кофе — редкий деликатес в Вордане, но здесь настолько дешевый, что сырые зерна можно было купить по паре медяков за бушель. Местные жители предпочитали черный кофе, крепкий, обильно приправленный пряностями, с густым осадком. С годами Маркус более–менее свыкся со вкусом этого напитка, тем более незаменимого, когда приходилось бодрствовать полночи, и все же…
Он выдохнул, в кои–то веки ощутив себя хотя бы отчасти умиротворенным:
— Спасибо, Фиц.
— Не за что, сэр.
Маркус открыл глаза.
— Кстати, о полковнике…
— Да, сэр?
— Судя по всему, мне потребуется находиться при нем, по крайней мере часть времени. Я рассчитываю на то, что ты займешься делами первого батальона.
Строго говоря, Маркусу полагалось бы иметь в своем распоряжении еще по меньшей мере двух полевых лейтенантов, на которых он мог бы возложить командование батальоном в свое отсутствие, чтобы штабной лейтенант мог заниматься исключительно работой штаба. На самом же деле Фиц в одиночку исполнял и те и другие обязанности, причем иногда одновременно.
— Разумеется, сэр. На сей счет можете не беспокоиться. — Лейтенант замялся. — Сэр, могу я спросить?..
Маркус отхлебнул чаю и махнул рукой:
— Мм?
— Каково ваше впечатление о полковнике?
— Он… — Маркус сделал паузу, размышляя. — Он очень умный. Фиц нахмурился. Слово «умный» в лексиконе простого солдата было почти ругательным. «Умный» офицер сочиняет «тщательно проработанный» план, а потом в самый неподходящий момент все идет наперекосяк, и бац — пал смертью героя.
