— Мисс Алхундт, — перебил его Янус. — Полагаю, у вас есть другое предложение?
— Только то, что напрашивается само собой, — ответила Джен. И, стремительно вскинув пистолет, нажала спусковой крючок. Кровь брызнула из груди юноши; тело его дернулось, застыло на краткий миг — и безжизненно обмякло.
По всей исполинской пещере разом погасли зеленые огни глаз. Мертвецы с последним выдохом белесого дыма падали на пол, валились, точно пьяные, друг на друга, оседали на постаменты. Нечеловеческое шипение демонов наконец–то стихло, и в пещере воцарилась глубокая тишина. Криков солдат Маркус тоже больше не слышал. Он судорожно сглотнул.
— Джен, — проговорил он, стараясь придать голосу спокойствие, — Джен, что ты здесь делаешь?
— Исполняет обязанности агента Конкордата, — ответил за нее Янус. Взгляд серых глаз полковника был прикован к Джен. — Завершает поручение, данное Последним Герцогом.
— Ей поручили только наблюдать! — возразил Маркус. И, еще не договорив, ощутил, как неубедительно прозвучали эти слова.
— Совершенно верно, — сказала Джен, — наблюдать. До тех пор, пока обстоятельства не потребуют иных действий.
— А они требуют? — осведомился Янус.
— Думаю, что да. — Джен отбросила прочь разряженный пистолет, выхватила из–за пояса другой и оттянула курок. — Полковник Вальних, именем его величества короля и министерства информации — вы арестованы.
— Любопытно, — промолвил Янус после долгого молчания.
— Будьте добры бросить шпагу. — Джен навела пистолет ему в грудь.
Полковник пожал плечами и, разжав пальцы, уронил клинок на пол.
— Могу я узнать, в чем меня обвиняют?
— В ереси, — ответила Джен, — а также в заговоре против короны.
— Понятно. — На лице Януса появилось задумчивое выражение. — У его светлости могут возникнуть затруднения с передачей этого дела в военный трибунал.
— Это уж не моя забота, — сказала Джен. — Вы можете лично обсудить с ним эту тему, когда вернетесь в Вордан.
— Если вернусь. Для всех заинтересованных лиц было бы куда удобнее, если бы со мной на обратном пути случилось какое–нибудь досадное происшествие. Скажем, смыло за борт во время шторма. Я совершенно уверен, что подходящий шторм не заставит себя ждать. Морские путешествия так опасны.
Джен молчала, не сводя с него неморгающих глаз. Полковник вздохнул:
— Наверное, было бы грубо с моей стороны напоминать о том, что снаружи этого храма находятся четыре с лишним тысячи человек, которые подчиняются моим приказам? Наверняка у вас где–то припрятан соответствующий ордер со всеми полномочиями, но ведь вполне вероятно, что они не будут его изучать.
— Люди, о которых вы говорите, подчинятся приказам своих командиров. — Джен искоса поглядела на Маркуса. — Старший капитан Д’Ивуар, я располагаю разрешением короля и министерства принять полное командование данной кампанией, если сочту таковое необходимым. В силу этого я вручаю вам командование Первым колониальным полком. Вам надлежит взять под стражу полковника Вальниха и вернуть полк в Эш–Катарион, куда в скором времени прибудет транспортный флот.
Это официальное обращение вынудило Маркуса помимо воли выпрямиться, забыв об усталости и боли. Он стиснул зубы.
— Джен, ты шутишь? Ересь?
— Полагаю, тебе известно о стремлении полковника завладеть хандарайскими реликвиями. Если ты желаешь записаться в соучастники, я охотно увеличу число обвиняемых. Могу поспорить, что тот же капитан Каанос не откажется принять командование полком.
— Святые, мать их, угодники! — Маркус протяжно выдохнул. — Ты называла себя чиновницей, всего лишь мелкой чиновницей. Все это время ты лгала мне.
— Просто кое о чем умолчала. — Джен едва заметно пожала плечами. — Такая работа.
— Разумеется, она лгала вам, капитан, — вставил Янус. — Она служит Конкордату. Лгать для нее так же естественно, как дышать.
— Будьте так любезны, заткнитесь, — процедила Джен.
— Вы намерены застрелить меня? — На губах Януса мелькнула знакомая быстрая улыбка. — По зрелом размышлении я сомневаюсь, что вы это сделаете. Последнему Герцогу необходимо узнать то, что известно мне. Не так ли?
— Я намерена предать вас суду, — сказала Джен, едва заметно приподнимая пистолет. — Насколько это будет возможно.
И вновь наступила тишина.
— Джен… — начал Маркус.
— Только без глупостей, — предостерегла она. — Прошу тебя, будь разумен. Ты сам не понимаешь, с кем связался.
— Напротив, — вставил Янус. — Я думаю, теперь он это наконец понял.
— Я не позволю тебе застрелить его, — продолжал Маркус. — Мы вместе вернемся в лагерь и все обсудим. Я уверен, что…
Что–то промелькнуло над плечом женщины, и больше Маркус ничего не успел заметить. Он нырнул вперед, врезался в Джен, и оба они, проехавшись по пыльным каменным плитам, уткнулись в постамент одной из статуй. Рядом с металлическим лязгом упал пистолет. Узкая серебристая тень просвистела в пустоте, где только что стояла Джен, ударилась о ближайшую статую и, коротко звякнув, отскочила. Брызнуло каменное крошево. Кинжал с длинным изогнутым лезвием еще дважды подпрыгнул на плитах, словно выброшенная на берег рыба, зазвенел и наконец стих.
