– Опасаюсь, что они вовсе не станут драться, – ответил Маркус. – Десолтаи воюют не как обычные солдаты. Их можно не встречать неделями – и вдруг они сваливаются на голову, точно рой разъяренных ос. Они предоставляют грязную работу пустыне, и пытаться нанести им ответный удар – все равно что бить кулаками воздух. – Маркус спохватился, что говорит с недопустимой горячностью, и сделал паузу, чтобы вернуться в рамки приличий. – Я опасаюсь, что мы не сможем принудить их к активным действиям.
– У десолтаев есть города. Стойбища. Оазисы, где они пополняют припасы.
– Да, но все они надежно укрыты в недрах Десола. Не существует ни карт этой местности, ни дорог. Разыскать их… – Маркус пожал плечами, не закончив фразы.
Янус на миг задумался, но потом покачал головой:
– Этот случай особый, капитан. Десолтаи стремятся доставить Имена в безопасное место. Если мы сумеем не отставать от них, они сами рано или поздно приведут нас к нему.
– Имена, – ровным голосом повторил Маркус и подавил вздох. Янус по-прежнему не желал говорить об истинной природе своего таинственного сокровища. Капитан решил зайти с другой стороны. – А вам не приходило в голову, что опасения принца обоснованны? Без поддержки наших войск Эш-Катарион может взбунтоваться против него.
– Вряд ли. Если у искупителей еще и оставались сторонники, после этих пожаров их не стало.
– Это не значит, что горожане прониклись любовью к принцу. Если его вздернут на городских воротах, беспорядки охватят весь Хандар.
– Это допустимый риск, – сказал Янус. – Мы должны получить Имена.
– Даже если это будет стоить нам…
– Даже если это будет стоить нам всего Хандара. – Полковник строго взглянул на Маркуса. – Капитан, я готов услышать подобные возражения от людей с менее развитым воображением, но вы-то были там. Вы своими глазами видели, на что они способны. Мы не можем оставить такое могущество в руках шайки хандарайских ведьм.
– Я…
То страшное утро сейчас казалось Маркусу лишь началом нового кошмара – дня, наполненного огнем и летящим пеплом, который вычернил небо и покрыл серым саваном улицы. Покушение на жизнь Януса почти позабылось в хаосе, который последовал за этим событием. Пожары были ужасны – в точности таковыми, какими описывали их хандарайские предания: море огня безнаказанно поглотило тесно сбитые жилые постройки и крытые камышом дома Нижнего города и билось о прочные стены Внутреннего города, как морские волны о волнолом.
Искры, принесенные ветром, перемахнули через стену и породили множество возгораний помельче, но Верхний город был все же по большей части выстроен из камня. Маркус отправил ворданайских солдат по мере сил бороться с этими возгораниями, а также помогать блюстителям Джаффы на стенах. Толпы вопящих простолюдинов хлынули к воротам, ища спасения, и Маркус вопреки всем обычаям приказал впустить этих беженцев во Внутренний город. Пришлось выставлять охрану и сторожевые заставы, дабы уберечь от урона собственность аристократов.
Тысячи других хандараев прибегли к иному традиционному способу спасения, прыгая в канал или в гавань, пока мелководье не стало походить на гигантскую купальню под открытым небом. Это спасло их от огня, однако сотни людей захлебнулись, сбитые с ног обезумевшей толпой, либо оказались вынуждены плыть на глубину и утонули, когда у них закончились силы. Тысячи несчастных остались и в самом городе, не имея возможности или не желая спасаться бегством, и сгорели вместе со своими жилищами. Блюстители не могли сообщить даже приблизительное число погибших, но похоронные команды до сих пор трудились в три смены.
В Первом колониальном, по счастью, пострадавших было немного. Почти все патрули, едва начался пожар, поспешили вернуться к воротам. Первый батальон насчитывал менее десятка пропавших без вести, и Маркус надеялся, что большинство из них все-таки объявится.
Но еще до того, как успел остыть пепел пожаров, Янус объявил о намерении двинуться в поход.
– Я не знаю, – сказал наконец Маркус. – Я готов признать, что в то утро на вас напало нечто сверхъестественное, но связано ли это нападение с той самой Тысячей Имен?
Серые глаза полковника вспыхнули.
– Капитан, это был демон. Тварь не от мира сего в человеческом обличье.
«Он поймал пулю. – Маркус видел однажды, как фокусник на цирковом представлении проделал то же самое, но это был только фокус, ловкость рук. Та пуля была настоящая, из настоящего пистолета, и Маркус сам нажал на спусковой крючок. – А это невозможно. Человек может быть быстр или силен – не так быстр или силен, как та тварь, – но поймать на лету пулю…»
– И все равно, – упрямо произнес Маркус. – Даже если он был…
Они завернули за угол, и Маркус испытал облегчение, увидев, что к ним почти бегом спешит Фиц. Лейтенант остановился перед ними и отдал честь.
– Капитан, – сказал Янус, – ваши доводы приняты к сведению. Приказ остается в силе. К вечеру жду доклада.
– Есть, сэр! – Маркус замер по стойке «смирно» и четко козырнул. Обогнув Фица, полковник двинулся дальше по коридору, и Маркус не позволил себе расслабиться, пока Янус не скрылся за углом.
