Закончив осматривать комнату, я перешел в другую. С кухни уже тянулся аромат свежезаваренного чая. Через мгновение, не успел я подойти к полкам, из кухни вышел довольный Иваныч, держа в руке большую, с изображением земляники кружку. Сделав большой глоток такого горячего чая, что аж Иваныч прищурил один глаз, он уселся на старенький диван, принявшись наблюдать за мной.
Я начал осматривать книги, надеясь, что в одной из них дед сделал тайник. Тактики у меня не было, поэтому я просто начал снизу и проверял каждую книгу. Спустя полчаса я закончил осматривать первые две нижние полки с книгами, и, хотев было начать осматривать книги третьей полки, я заметил, что в правом углу выделялась то ли книга, то ли толстый журнал с пластиковой прозрачной обложкой.
Я потянул заинтересовавшую меня книгу и, вытянув, увидел, что это был альбом с фотографиями. Взяв его, я уселся рядом с Иванычем.
— Это, кажется, альбом с фотографиями деда, — произнес я, открыв первую страницу. На первом же фото был мужчина, обнимающий женщину. В женщине я сразу признал бабушку, а приглядевшись к мужчине, я понял, что это был дед. На фото они были в каком-то парке на фоне фонтана и радостно обнимались.
Перевернув страницу, я увидел стопку фотографий бабушки в разном возрасте. Там, где она была моложе, фото были черно-белые, но на них уже не было деда. Последующие фотографии были цветные, где бабушка была уже маминого возраста и где уже постарела, но все также на них не было деда.
Он все-таки любил ее, раз всю жизнь продолжал вспоминать о ней и даже где-то добывал ее фотографии. Получается, он оставил ее и моего отца только лишь из-за хранителей, чтобы сохранить жизнь и себе, и им.
На следующей странице было множество фотографий одного и того же мужчины, судя по чертам лица, только также, как и у бабушки, разного возраста. Я плохо помнил отца, особенно как он выглядел, но сходство мужчины с дедом, особенно на его фото, где они с бабушкой молодые, навело меня на мысль, что это были фото отца.
Я долго рассматривал фото отца, пытаясь в них увидеть ответ на единственный вопрос, почему он бросил нас с мамой. Как я теперь уже знаю, что он не был хранителем, как дед или как теперь я. Спустя пять минут пристального пялинья в одни и те же фотографии прозвучал негромкий голос Иваныча:
— Незадолго до его смерти он начал часто ностальгировать и смотреть этот самый альбом. Он говорил, что бы сделал по-другому, как бы его жизнь сложилась, если бы он не стал хранителем. Я думал, что он просто загрустил, а он, наверное, догадывался о приближающейся смерти.
— Думаешь, он знал? — с интересом спросил я, наконец-то, оторвав взгляд от фотографий и переведя его на Иваныча.
— Твой дед не отличался глупостью, поэтому вероятность того, что он знал, что за ним следили, могла быть.
Перевернув несколько страниц, на которых были фотографии деда с различными людьми, внезапно мою руку остановил Иваныч, показывая на одну из фотографий.
— Это мы с твоим дедом. Тут я уже несколько лет как был хранителем, он же был куда опытнее меня, — произнес Иваныч, после перевел палец на соседнее фото, продолжил, — а эту ты уже видел…
Иваныч указывал на фотографию, где был Топор, которая висит в бункере. Я немного поморщился, и злость быстро наполнила меня, как только я увидел лицо Топора даже такое молодое как на фотографии. Лицо Топора мне быстро надоело, и я резко перевернул страницу.
Досмотрев альбом до конца, я встал с дивана и уже было начал вставлять альбом на место, как заметил, что за альбомом у стенки за книгами виднелся край конверта. Просунув руку и отодвинув пару ближайших книг, я достал толстоватый незапечатанный конверт.
Посмотрев на Иваныча, я заметил в его взгляде интерес и заинтересованность. Присев рядом с ним, я открыл конверт. Оказалось, что в нем тоже лежала стопка из десятка фотографий. Сунув руку, я их быстро достал. Перебирая фото, я был удивлен, на них на всех был я. Причем я не помнил, чтобы такие фотографии существовали.
— Он за мной следил? — с удивлением произнес я.
— Я говорил, что он был скрытным? Он почти никогда не упоминал о тебе, лишь один раз вскользь проговорился, что у него есть внук. Поверь, я так же, как и ты, вижу эти фотографии в первый раз.
— Он за мной следил…, - повторил я, перебирая фотографии.
Там были и детские, и школьные, снятые где-то на улице по пути в школу и даже фотографии с первого курса университета, где я был сфотографирован откуда-то с боку, как будто за мной шпионил какой-нибудь частный детектив.
— Жутковато, если честно, смотреть на свои фотографии, которые сделали без твоего ведома, — вновь произнес я.
— С другой стороны, откуда бы он еще взял твои фото? По крайней мере, это говорит, что он следил за твоей жизнью…
— В отличие от отца, вероятно…, - ответил я.
— Ладно, пойдем чаю попьем, я там пряников купил, пока ты искал приключения на свою задницу, — произнес Иваныч, похлопав меня по плечу, вставая с дивана и направляясь на кухню.