Дженнифер Браун
Тысяча слов
Специально для группы •WORLD OF DIFFERENT BOOKS•ПЕРЕВОДЫ КНИГ•
Аннотация
Парень Эшли - Калеб - собирается в колледж, и она обеспокоена тем, что он просто забудет о ней. Поэтому на легендарной конец-лета-вечеринке у бассейна друзья предлагают ей сделать фотографию без купальника и дать ее Калебу с собой в дорогу. Прежде чем она сможет отговорить себя, Эшли запирается в ванной, делает фото себя в полный рост перед зеркалом и жмет "отправить". Но после того как Калеб и Эшли весьма неприятно расстаются, он мстит ей, отправляя сообщение всей своей бейсбольной команде. Очень быстро фотография становится вирусной картинкой и привлекает к себе внимание школьного совета, местной полиции и СМИ. Пока ее друзья и семья пытаются отгородиться от скандала, Эшли чувствует себя совершенно одинокой... пока не встречает Марка, который предлагает ей новую дружбу. Он единственный человек во всем городе, который получил сообщение с фото Эшли... и не посмотрел.
СОДЕРЖАНИЕ
ДЕНЬ 1
АВГУСТ
АВГУСТ
ДЕНЬ4
АВГУСТ
ДЕНЬ6
АВГУСТ
ДЕНЬ 10
АВГУСТ
АВГУСТ/СЕНТЯБРЬ
ДЕНЬ 18
СЕНТЯБРЬ
ДЕНЬ 19
СЕНТЯБРЬ
СЕНТЯБРЬ
ДЕНЬ22
СЕНТЯБРЬ
СЕНТЯБРЬ
ДЕНЬ 24
СЕНТЯБРЬ
СЕНТЯБРЬ
ДЕНЬ 27
ДЕНЬ 28
ДЕНЬ 29
СОБРАНИЕ
ДЕНЬ 30
ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ
ЗАМЕТКИ АВТОРА
ИНТЕРВЬЮ С ДЖЕНИФЕР БРАУН
ДЕНЬ 1
Заниматься общественными работами, установленными судом, я должна была в одном из классов нижнего этажа Центрального офиса Честертонской государственной школы. Центральный офис, где работал мой отец, и в котором я провела так много дней в ожидании поездки домой, теперь будет напоминать мне о том, как крупно я опозорилась.
Я прошла полторы мили от школы, надеясь, что свежий октябрьский воздух успокоит меня и мои натянутые нервы. Не помогло. Я до сих пор понятия не имела, чего ожидать и могла только представить себя запертой в подвале со стенами из окрашенных шлакоблоков, как в изоляторе для несовершеннолетних, где, я узнала еще в сентябре, мне светят большие неприятности.
Шестьдесят часов. Шестьдесят невероятно долгих часов за преступление, о котором я даже не знала, совершая его.
Провести шестьдесят часов в одной комнате с людьми, которые были настоящими преступниками, и, вероятно, занимались такими вещами как: продажа наркотиков детям на игровых площадках или воровство денег из кассовых аппаратов − ничего подобного я бы не сделала. Они бы едва взглянули на меня, прежде чем съесть живьем.
Я не была уверена, что выдержу шестьдесят часов.
Но в суде сказали, что я должна, так что я покорно смирилась со своей участью. Сделала несколько глубоких вдохов, пока не закружилась голова, и потерла руки, покуда пальцы не начало покалывать.
Утром мама сказала, чтобы я ехала домой с отцом, и я была обеспокоена этим. Мы с папой не оставались в одной комнате наедине, а уж тем более в машине, так как сразу начинали происходить неприятности. Обычно отец мало говорил, но ему и не нужно было ничего говорить: я и так знала, что он думал обо мне. Всякий раз мое лицо горело от смущения, когда мне требовалось войти в комнату, в которой он находился.
Добравшись до Центрального Офиса, я прокралась за стол регистратора, а затем во внутренние помещения, где работал отец и другой персонал, блуждая туда-сюда, как я делала уже миллион раз. Я видела отца в его кабинете: лицо, освещенное голубым светом от монитора, телефонную трубку возле уха. Он кивал и постоянно повторял: "Да-да, правильно", но если он и увидел меня, то постарался отвернуться. Я думала подождать, пока он договорит, чтобы помахать ему, или поздороваться, или сделать хоть что-нибудь, чтобы пробить барьер между нами, но решила, будет лучше, если я не буду устраивать сцен, особенно, учитывая, почему я там находилась. Я вернулась обратно в главный холл и спустилась вниз.
