После окончания школы у девушки из общины есть только два пути: замуж или отъезд с целью продолжить обучение, как сделала моя тетка Лиз. Профессия у меня уже была, к тому же она приносила стабильный доход. Жизнь в нашей общине мне действительно нравилась. Стоило соблюдать элементарные приличия, и многое становилось доступно. Даже пресловутые правила сопровождения девиц не сильно ограничивали молодежь, особенно если родители не были ярыми сторонниками традиций. Но я была помолвлена, и уже не могла выходить куда-либо в обществе других мужчин, даже одобренных семьей, и с уходом Клима мне пришлось снова вести домашний образ жизни. Первое время письма от него приходили каждые пару дней. Его отряд еще не покинул территорию корпуса, и мы обменивались посланиями с помощью юнкера, совсем еще мальчишки, приставленного к ним. А через пару недель пришло послание, которого я так ждала и боялась:
К родителям я вернулась перед Новогодьем. Я была полна решимости закончить школу летом и все свободное время проводила за учебой и рисованием, пока однажды Ирис не перехватила меня после занятий. Я только что вышла из школы и теперь с сомнением смотрела на огромную тучу, надвигающуюся на город.
– Скоро начнется снегопад, – прозвучало рядом, и от неожиданности я подпрыгнула.
– Привет, Ирис, – помахала рукой.
– Привет, привет, – Ирис приблизилась и приветливо улыбнулась, – как насчет того, чтобы посидеть в кафе и переждать снег?
– Боюсь, разумнее рвануть домой сейчас, – я пожала плечами.
– Тим еще не освободился, – вздохнула моя собеседница.
– Подвезти тебя? – предложила я, удивляясь своему поступку.
– С радостью, – Ирис захлопала в ладоши, – но нужно предупредить брата.
– Тогда пошли, – пожала я плечами.
Тим нашелся в одной из просторных аудиторий на втором этаже. Что-то тщательно перерисовывал из учебника в свою тетрадь, сидя за большим столом для чертежей, но поднялся к нам на встречу, когда Ирис окликнула его.
– Здравствуй, Кристин, – голос его звучал мягко, и я улыбнулась, пожав протянутую мне руку.
– Здравствуй, Тимофей.
– Тим, там такая туча, – затараторила Ирис, – а Крис была так любезна, что предложила отвезти меня домой.
Кажется, я выглядела весьма удивленной, потому что Тим весело рассмеялся:
– Ставлю свой «Жук» против твоей будущей «Савы», что все выглядело несколько иначе.
– Тим, – надула губы в притворной обиде его сестра, – можно мы поедем домой?
– Кристин, эта маленькая нахалка тебе не помешает?
– Никаких проблем, – ответила, усмехаясь, – и твой «Жук» мне даже не нравится.
Тимофей расхохотался, а я ухватила его сестру за руку и потащила к выходу.
– Нам нужно поторопиться, если не хотим ночевать за стеной, – за окном действительно стремительно темнело, – до встречи, Тим.
– Пока, Кристин.
Мы вышли из школы и направились к припаркованному у проезжей части байку. Достала из кейса второй шлем и протянула девушке. Ирис застегнула тоненькую курточку на все пуговицы и забралась на байк, крепко обхватила меня руками. Я выпрямила спину, распределяя нагрузку, и повернула ручку акселератора. «Сава» взревела, и мы рванули к Северным воротам. Снегопад догнал нас, когда впереди показались огни общины, и на широкую подъездную аллею мы сворачивали почти в вслепую. Мама Ирис выбежала, видимо услышав шум мотора. Не позволив толком припарковать байк, потянула под крышу. Я попыталась было протестовать, но она лишь отмахнулась, шепнув:
– Сейчас мальчишку отправлю в гараж поставить твою машину, – и задумавшись на мгновение, добавила, – и к родителям твоим пускай сбегает.
– Что вы, – попыталась протестовать, – я доберусь.
– В такую-то метель? Павел-то шустрый, и живет в тех краях. Отпущу его домой пораньше, а ты погрейся с дороги. Продрогли небось, как догадались только в снег сунуться.
