Отдаленные возгласы потонули в воплях сигнализации. Крейсер-заградитель содрогнулся, и от кормы фрахтовика эхом отразились рваные завывания сирен. В динамиках прогремело:
— «Вдребезги», ни с места!
— Нам приказали немедленно улетать, — бросил Квип в гарнитуру.
— Приказ отменен. Оставайтесь там, где вы сейчас…
Квип отключил динамики:
— Жми, Зенн! Вытаскивай нас!
Зенн развернула фрахтовик, и тот рванул сквозь удерживающее поле ангара. Позади в кабину ввалился Люфкин, растопырив для равновесия все четыре руки:
— Проекторы с гравитацией не работают, но в захватный луч не залезайте!
Зенн Бьен бросила взгляд сквозь иллюминатор на заградитель:
— Меня больше беспокоят вон те турболазеры.
Стоило словам сорваться с ее губ, как батарея правого борта извергла поток алого огня. Настроив компенсатор инерции на полную мощность, Зенн отправила корабль в нисходящее пике, провела с переворотом под днищем крейсера и на высокой скорости вынырнула у левого борта.
— Лучи захвата смыкаются! — воскликнул Квип.
Салластанка прямо-таки кожей ощущала, как кончики лучей, будто загребущие пальцы, пытаются нащупать фрахтовик.
Сделав полубочку, она провела корабль поверх заградителя, едва не угодив в ловушку из переплетающихся зарядов голубой энергии, которые блуждали между установками гравитационных проекторов. В одной из них образовалась щель с зазубренными краями, и спустя мгновение проектор треснул, как яичная скорлупа, из которой вылупилось пламя и протуберанцем унеслось в космос. Крейсер накренился, а затем и вовсе перевернулся, будто бы подставляя фрахтовику беззащитное брюхо. А тот вырвался за пределы досягаемости орудий и растворился в бескрайнем космосе.
— Днем позже мы достигли системы Тангра, и наша неприятная встреча с заградителем стала казаться сказанием из далекой старины, — сообщила Зенн Бьен Джадаку и Посту. — Я бы сказала — неслучайная встреча, поскольку в повстанческом лагере верпинов были решительно настроены вывести из строя прототип проектора чуть ли не с того момента, как впервые узнали о нем. Мы с Квипом, Люфкином и остальными провели несколько стандартных недель, обвешивая ИТ украденными запчастями, модернизируя бортовой компьютер и совершенствуя гиперпривод до класса 1. «Вдребезги» превратился в самый быстроходный гражданский корабль в Галактике.
— А джавы и иже с ними вступили в Альянс? — уточнил Флитчер.
— Не сразу. Так получилось, что я угодила в их команду. — Зенн Бьен рассмеялась и обвела салон широким жестом. — Некоторые из них до сих пор где-то здесь.
— Вы стали вольнонаемными разборщиками? — поинтересовался Джадак.
Салластанка покачала головой:
— Поначалу мы были верны своему обету сохранять нейтралитет. Мы были готовы работать на любого, кто заплатит за наши исключительные услуги — на контрабандистов, пиратов, преступные сообщества — без разницы. Работали даже на Реджа Тонта. Но это, конечно же, долго не продлилось. Империя с каждым днем становилась все более жестокой. «СороСууб» захватил полную власть над Салластом. Пираты из консорциума Занна стали превращать салластан в подневольных бойцов… Когда я узнала, что мой народ поднялся на борьбу против председателя Сина Сууба, я уговорила товарищей помочь им, и мы сами не заметили, как начали выполнять спецзадания Сиана Тевва и Ньена Нанба. А уже совсем скоро — прямо перед битвой при Явине — мы стали полноправными членами Альянса повстанцев и приняли участие в уничтожении «Непобедимого», а в последующие годы — и массы других имперских кораблей.
— И как же от разборки техники можно докатиться до салона красоты? — осведомился Джадак.
Зенн Бьен на секунду задумалась.
— После всего, что мы наразбирали, нам показалось в порядке вещей посвятить остаток жизни делу украшения Галактики. После окончания войны мы всей командой прибыли на Новый Балосар, и большинство из нас так здесь и осело. Я получила профессиональный диплом от «Цирюльников Салласта», взяла нескольких мужей и принялась пополнять свой клан. Жизнь наладилась.
Джадак поразмыслил:
— А ИТ остался у Квипа?
— Остался.
— Вам удалось узнать, зачем повстанцам нужен был корабль такой весовой категории?
Зенн покачала головой:
— Ребята, не хочу вас расстраивать…
— Мы переживем, — уверил ее Пост.
Салластанка посмотрела на Джадака:
— Я так и не узнала, зачем Альянсу нужен был этот корабль, но я знаю, что теперь вы его не найдете.
— Почему это? — удивился пилот.
— Потому что за девять лет до битвы при Явине он был взорван на подлете к Билбринджи.
— Это что, твой новый лучший друг? — спросила Лея Хана, пока они дожидались доктора Парлей Торп.
До Хана дошло, что он бездумно вертит в руках старенький передатчик, и он тут же затолкал его обратно в карман широких штанов.
— Входит в привычку.
— Может, лучше купим тебе четки?
— Ха-ха.
Внеся это предложение, Лея вовсе не улыбалась, да и Хан рассмеялся как-то сдавленно. Ей явно не давал покоя тот короткий разговор с Люком. За все время перелета до Оброа-Скай она едва ли проронила пару слов.
