Большая часть песни барда посвящена Вечному, живущему в нем, и лишь короткая последняя строфа — деталям его собственной биографии. Внимание слушателя обращено прежде всего к Вечному в нем самом, а затем, между прочим, ему сообщают нечто. Хотя бард и боялся страшной ведьмы, будучи проглочен ею, он был возрожден. Умерев относительно своего собственного я, он снова родился упрочившимся в своей Сущности.

Герой является борцом за вещи становящиеся, а не защитником вещей ставших, потому что он есть. «Еще нет Авраама, а Я уже есть»[344]. Он не заблуждается насчет видимой неизменности во времени, постоянства Бытия, не пугает его и грядущее другое — другой миг (или «другая вещь») как разрушающее своей инаковостью постоянство. «Не сохраняет ничто неизменным свой вид; обновляя вещи, одни из других возрождает обличья природа. Не погибает ничто — поверьте! — в великой вселенной разнообразится все, обновляет свой вид»[345]. Таким образом, следующий миг может наступить. Когда Принц Вечности поцеловал Принцессу Мира, ее сопротивление было сломлено.

«Она раскрыла очи, проснулась и ласково глянула на королевича. И сошли они с верха башни вниз рука об руку — и что же? И король очнулся ото сна, и королева, и все придворные их с изумлением взглянули друг на друга. И лошади во дворе вскочили на ноги и стали отряхиваться; и собаки поднялись и стали махать хвостами; а голубки на крыше встрепенулись, оглянулись и полетели в поле. Ползали и мухи по стенам; и огонь в кухне вновь запылал и стал варить кушанье; и жаркое зашкворчало на вертеле; и повар закатил здоровую оплеуху поваренку, так что тот заревел; а служанка дочистила черную курицу»[346].

<p>Глава IV. Ключи</p>

Путешествие героя можно обобщить в следующей диаграмме:

Перейти на страницу:

Похожие книги