Тысячу раз «да» полностью

– Хорошо, – с явным облегчением сказал Кэл. – И я собираюсь поддержать тебя в этом. Через несколько недель я приеду в чертовски классный Новый Орлеан. Чтобы обнять тебя. Чтобы потусоваться. Чтобы напоить тебя, чтобы мы могли вместе принимать чертовски плохие решения. И в рамках этой поездки я также рассчитываю получить полную экскурсию по твоему офису, потому что ты все еще будешь там работать.

Мысль о том, что Кэл приедет в город, немного подняла ей настроение.

– Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты – очень властный друг?

– Нет, просто рок-бог, но я могу с бесстрастным лицом добавить это к своей визитной карточке.

Она закатила глаза.

– Пока, Кэл.

– Пока, моя трусишка со станции паники.

– Погоди, – сказала она, прищурив глаза. – Это был не тик.

Он со смешком закончил разговор.

Холлин покачала головой и встала, чтобы вытащить ужин из духовки. До ухода оставалось всего несколько минут. Сегодня вечером ей нужно было проверить два места. Самая загруженная часть ее рабочей недели обычно приходилась на период с четверга по субботу, и она хотела собрать как можно больше материала.

Она с нетерпением ждала сегодняшнего вечера. Первым в ее списке числилось драг-шоу в стиле восьмидесятых, о котором она много слышала. Но разговор с Кэлом оставил осадок.

Главным образом потому, что он был прав. Она ненавидела, когда он оказывался прав. Неважно, насколько неловко было бы снова встретиться с Джаспером: она не могла отказаться от того, ради чего так упорно трудилась. Получение офиса в «Обходном решении» было для нее огромным достижением. Это на шаг приближало ее к той жизни, о которой она мечтала. Она не хотела работать за этим маленьким кухонным столом или, что еще хуже, вернуться в родной город к благонамеренной, но беспокойной матери. Ей нравилось, что по утрам у нее была причина вылезти из пижамы. Это было похоже на прогресс. Она приосанилась, как будто снималась в одном из видеороликов по йоге на Ютьюбе, и дала себе клятву. Завтра она вернется в «Обходное решение» и закажет Джасперу чертов кофе без кофеина. Если сможет, она извинится. Если нет, он будет считать ее грубиянкой.

Она должна это сделать.

За ужином она вытащила дневник и нацарапала на новой странице заголовок. Дни без панических атак. Нарисовала первый квадратик и понадеялась, что завтра сможет поставить в нем крестик.

Джасперу не следовало просматривать информацию о выставленном на продажу театре, которую Фитц отправил ему по электронной почте. Черт подери, он абсолютно точно сошел с ума. Надо было бросить телефон в кофемолку. Он щелкнул по фотографии того, что в двадцатые годы было театром водевиля, а в девяностые – кинотеатром с единственным залом и билетами за доллар, но с тех пор его закрыли и оставили пустовать. Ну, в объявлении было написано «бывший долларовый кинотеатр», но, вероятно, это означало «бывший дворец порнографии». Та часть города, в которой он находился, едва начала превращаться в район, по которому можно ходить после наступления темноты, не рискуя угодить в ночные новости. Первые несколько лет своей жизни он провел в квартире неподалеку.

Джаспер увеличил изображение, пытаясь разглядеть больше деталей. Заведение определенно было запущенным. Стивен Кинг мог бы снять о нем фильм. Но в здании сохранились некоторые оригинальные детали с декоративной лепниной и арочный вход. Не Сэнгер[23], конечно. Во-первых, по сравнению с ним это – коробка из-под обуви, но у нее есть шансы стать довольно крутой коробкой, если ее отремонтировать. И еще есть место наверху, которое можно использовать для офисов или занятий. Он прокрутил страницу вниз для получения дополнительной информации.

Цена была указана ярко-синим цветом. Он застонал.

– Етить-колотить!

– Эм-м, – кашлянул кто-то.

Джаспер оторвался от наваждения, которое соткал вокруг него телефон, и обнаружил, что смотрит в широко распахнутые зеленые глаза мисс Занята. Телефон выскользнул из руки и с грохотом упал на стойку.

Она вздрогнула и посмотрела вниз, грива волос заслонила лицо.

– Прошу прощения, – сказал он, убирая телефон. – Эм-м, привет. Что я могу предложить?

– Холланд[24], – не глядя на него, невнятно сказала она.

Он склонил голову набок.

– Голландия? Это разновидность кофе или мы называем страны? Я выбираю Данию.

Она взглянула на него и наморщила нос.

– Нет. Холлин. Мое имя. А Голландия на самом деле – это регион, а не страна. Страна – Нидерланды.

– О. – Он кивнул, пытаясь понять: она все еще злится или это своего рода оливковая ветвь. – Обязательно учту в следующий раз, когда окажусь на «Джеопарди»[25]!

– Это просто… ты хотел узнать мое имя, и я была… – Она тяжело вздохнула, на ее лице появилось кислое выражение. – Я вчера тебе нагрубила. Мне очень жаль.

Холлин. Таинственную женщину звали Холлин. И она извинилась. Неловко.

Он улыбнулся. Ее подход «давай покончим с этим» был довольно милым.