Тысячу раз «да» полностью

Негромко напевая, Холлин в толстых пушистых носках и штанах для йоги вышла на кухню. Джаспер отправился домой, чтобы принять душ и переодеться, так как сегодня у него была поздняя утренняя смена в кофе-баре. После того как он ушел, она ощутила прилив вдохновения и написала несколько постов. Она даже начала составлять обзор группы «Да здравствует Да». Она хотела снять это на видео и удивить Джаспера. Но до тех пор ей предстояло пробыть некоторое время один на один с Кэлом, потому что у Джаспера был плотный график следующие два дня, и она взяла отгул, чтобы провести его со своим лучшим другом.

Она открыла холодильник и достала апельсиновый сок, размышляя, стоит ли приготовить завтрак самой или пригласить Кэла на ланч под джазовую музыку. Она поставила сок и потянулась за стаканом из шкафчика, и тут за спиной скрипнули половицы.

– Доброе утро, – раскатился по тихой кухне глубокий голос Кэла.

– Доброе утро. – Она повернулась с улыбкой и вздрогнула, увидев пепельно-серое лицо лучшего друга. – О черт. Я думала, ты сказал, что можешь справиться с алкоголем. Выглядишь так, как будто тебя грузовик переехал.

Кэл хмыкнул и провел руками по лицу.

– Обычно я прекрасно с ним справляюсь. Но я, кажется, станция паники, прикончил те полбутылки вина у тебя в холодильнике после того, как ты легла спать. Возможно, я чертовски хорош, но сейчас я себя просто ненавижу.

– Ты допил вино? – Ее брови приподнялись. – Ладно, Джордж Торогуд[51]. Стало быть, пьешь в одиночестве?

– Выключи свет, я точно не собирался пить в одиночку. – Он протянул руку, взял стакан из шкафчика и наполнил его водой из-под крана. – Мне нужно было чертовски хорошо выпить, чтобы не доставать своими тиками твоего нового друга. Ты же знаешь, как это бывает с незнакомцами.

– Вы пообщались с Джаспером? – спросила она, поворачиваясь к нему спиной, чтобы налить себе сок, и пытаясь казаться беспечной. Она надеялась, что Кэл крепко спал и ничего не слышал этим утром. А то окажется неловко.

– Мы немного поговорили, прежде чем он отправился спать. В твою постель. – Кэл фыркнул. – Я и не знал, что вы уже на стадии ночевки на станции паники. Пожалуй, слишком быстро.

Она обернулась и нахмурилась.

– Слишком быстро? Хорошо, мистер Судья.

Он сделал большой глоток.

– Я просто спрашиваю, как давно ты встречаешься с этим парнем? Полсекунды?

– Не то чтобы это было твое дело, но больше месяца. Не хочешь кусочек бекона от распутницы?

Он хмыкнул.

– Я чертовски хорошо знаю, что не мне тебя стыдить. Я просто…

Но она была слишком раздражена намеком, чтобы дать ему закончить.

– Ты просто говоришь, что месяц – это слишком мало. Хочешь сказать, что спишь исключительно с давними подружками?

– Нет, я говорю, что, выключи свет, у меня никто не ночует, – сказал он в отчаянии. – Это отличается от секса.

Она закатила глаза.

– Значит, ты просто отправляешь их восвояси, когда кончишь? Потому что так лучше.

Кэл сделал еще один глоток и посмотрел на нее, его рот сжался в напряженную линию, он пожал плечами.

– Я не придурок, выключи свет. И я не осуждаю тебя за то, что ты с ним переспала. Это просто… Я беспокоюсь о тебе, понимаешь? Если спишь рядом с кем-то, это может заставить тебя думать о чем-то более серьезном, чем оно есть на самом деле, чертовски хорошо. Это заставляет тебя воспринимать ситуацию… как что-то реальное.

Что-то реальное. Боль пронзила ее насквозь.

– Я знаю, что это не что-то реальное, хорошо? – сказала она раздраженным тоном. Тем не менее ее желудок скрутило в узел, потому что точка зрения Кэла оказалась слишком близка к тому приливу эмоций, который она испытала этим утром. – Джаспер не водит меня за нос или что-то в этом роде. Мы просто хорошо проводим время. И смотрим, куда нас это приведет.

Кэл уставился на нее поверх края своего стакана, в его взгляде была почти что жалость.

– Я не хочу, чтобы тебе было больно.

– Кэл, – простонала она. – Откуда это взялось? Ты сам хотел, чтобы я дала миру себя увидеть. Вот я и даю миру себя увидеть.

– Акцент на слове «даешь». Несколько раз.

Она ахнула, схватила кухонное полотенце с края раковины и швырнула в него.

– Кэл Саммерс, заткнись.

Он ухмыльнулся, хотя в глазах у него не было и намека на веселье, и поймал полотенце.

– У тебя такие тонкие стены, роллинг стоун, Тейт.

Ее лицо горело, и она знала, что, должно быть, покраснела до корней волос.

– Лучший друг сделал бы вид, что ничего не слышал.

Он поставил свой стакан и подошел ближе. Швырнул полотенце в ее сторону, слегка ударив ее по бедру.

– Лучшая подруга не стала бы заставлять своего бывшего парня слушать, как она чертовски хорошо трахается с другим чуваком. О, Джаспер. Боже. Да. Вот так.

– Ненавижу тебя, – раздраженно сообщила Холлин.