В основе советско-сирийской дружбы заложены общность интересов наших народов и государств, давние традиции хороших отношений и взаимного уважения. Наши страны никогда не ссорились и не воевали. Советский Союз всегда поддерживал справедливую борьбу сирийского народа за независимость, всегда помогал осуществлению законных требований Сирии, оказывал и оказывает поддержку всем усилиям народа и правительства Сирийской Арабской Республики в их борьбе против империализма и неоколониализма, за обеспечение мира и безопасности на Арабском Востоке, за упрочение политической и экономической независимости Сирии, за социальный прогресс и революционное созидание новой жизни.
Зеленый кедр на белом фоне у гостеприимно поднятого шлагбаума мы впервые увидели еще по дороге из Хомса в Крак де Шевалье. Небольшой участок этой дороги проходит по ливанской территории. Ни Сирия, ни Ливан никаких неудобств от этого не ощущают, и движение по дороге в обе стороны осуществляется беспрепятственно. Стоявший у будки плотный черноусый пограничник-ливанец даже не шелохнулся, когда наш автобус пересекал линию границы, и лишь приветствовал нас радушной улыбкой. Быстро промчавшись по кусочку ливанской земли, мы не успели заметить особой разницы по сравнению с Сирией: природа, селения, внешний облик жителей точно такие же, как по ту сторону границы. Исторически Сирия и Ливан долгое время составляли единое целое; потому-то в происхождении, обычаях и образе жизни населения этих стран много общего. Но это впечатление постепенно стало трансформироваться и даже стираться, когда мы через несколько дней, выехав из Сирии по великолепному шоссе Дамаск — Бейрут, часа через два вновь увидели изображения кедра на полосатых будках со шлагбаумами в пограничном селении Маснаа.
Что мы знали до этого о Ливане? Что эта страна — наследница древней Финикии, сохраняющая до сих пор за собой роль крупнейшего посредника в торговле между странами Запада и Ближнего Востока. Что именно в Ливане в свое время произошли первые в арабском мире восстания под лозунгом политической свободы, сыгравшие немалую роль в утверждении здесь относительно прочных традиций буржуазного демократизма. Что это страна — один из очагов движения Арабского возрождения, родина известнейших арабских писателей и просветителей и одновременно наименее «восточная» из всех арабских стран, более других впитавшая культурно-религиозное влияние Запада. Мы знали также, что Ливан — страна заснеженных горных вершин, модных курортов и развитого туризма — словом, как любят выражаться сами арабы, «арабская Швейцария». Наконец, мы знали, что столица Ливана Бейрут — один из центров Интерпола, международной уголовной полиции, ибо именно здесь, на перекрестке мировых путей, любят устраивать перевалочный пункт всевозможные международные авантюристы и преступники.
Но одно дело — знать все это теоретически и совсем другое — самому ознакомиться хотя бы с частью того, что было где-то прочитано или услышано. Поэтому мы с интересом ждали, каким именно покажется нам Ливан в первые часы знакомства, какова она, эта почти сказочная земля древних кедров.
Пограничные формальности, несмотря на обилие у шлагбаумов молодцеватых военных в щегольской форме и бросавшиеся в глаза аккуратные таблички с грозными надписями «шуртат аль-джейш» (военная полиция) и «сюртэ женераль» (государственная безопасность), заняли сравнительно мало времени. После этого мы начали наше увлекательное пятидневное путешествие по стране, во время которого увидали собственными глазами почти все, во всяком случае очень многое из того, что знали заранее, но еще больше из того, чего не знали и о чем в некоторых случаях даже не подозревали. Мы запоминали все: очень благополучный вид чистеньких деревень с темно-красными крышами, где, как нам рассказывал гид, тайком выращивается в укромных уголках, подальше от полицейского глаза, один из видов индийской конопли, из которого делают наркотик гашиш; плотный знойный воздух цветущих горных долин, а над ним, как бы вторым слоем, пронизывающий холодок горных шоссе и перевалов, даже в сравнительно жаркий апрель не свободных от снега; крутые взлеты и развороты дорог над медленно плывущими в горных расщелинах клочьями облаков и тонко продуманную (Целесообразность в использовании каждого клочка столь дорогой здесь земли. Мы восхищались изумительной панорамой Бейрута, открывшейся нам с высоты Ливанского хребта, и без устали осматривали этот удивительный «Париж Востока», своего рода фрагмент Европы, неизвестно как очутившийся в Азии.
Мы знакомились со всеми дежурными туристическими достопримечательностями и наблюдали современную жизнь страны, побывали в музеях и кинотеатрах, на художественных выставках. Однако вряд ли есть смысл излагать все эти впечатления в хронологическом порядке. Мне представляется более целесообразным начать рассказ о путешествии в страну кедров с одного очень интересного спора, разгоревшегося во время нашего пребывания в Бейруте.
