– Я с тобой! Я рядом! А пока я рядом, тебе нечего бояться. Я всегда тебя смогу защитить! – Паша внушал мне доверие.
– Поехали! А то на самолет опоздаю! – глубоко выдохнув, сказала я и направилась к машине.
Конечно же, ничего не произошло, но по сведениям из интернета, так я познакомилась с панической атакой! Хотя иногда я все равно думаю, что если бы мы тогда не остановились, страшное могло бы и произойти…
***
Давид посетил Ази на три дня раньше меня. Уже на следующий день он заметно похорошел. Цвет лица с серого сменился на розовый. Он даже стал улыбаться. Рассказывал, что настроение его «прыгает», он то впадает в печаль, то все ровно, а то в душе вдруг расцветает весна. Ази предупреждала, что такое возможно. Данное поведение как раз и говорило о том, что приворот разрушается. Глядя на Давида, я ждала реакции своего организма.
Первая паническая атака случилась на рабочем месте. Мне просто резко стало очень страшно. Сердце, руки, пульс – отреагировали как всегда Я не могла найти себе места. И начала молиться. Просто повторять молитву раз за разом, как наказывала Ази. Стало легче. Потом отпустило. Спустя час даже вроде забылось.
Вторая паническая атака настигла меня за обедом. В этот момент я была не одна, рядом сидел Давид. Я постаралась описать ему свои ощущения. Давид подтвердил, что испытывал примерно те же эмоции. Не доев, я ушла. Села на рабочее место и снова начала молиться. Снова отпустило.
Так начались мои качели.
***
Первые недели я была как в аду. И с большим трудом выполняла указания Ази. Садилась перед иконой за молитвы, и меня молниеносно начинало клонить в сон. Стою в планке – ноги подкашиваются уже спустя тридцать секунд, хотя раньше я спокойно стояла в ней три минуты. По-моему, ни одну медитацию я не дослушала до конца – засыпала. И лежа засыпала, и сидя… Вообще, стала спать очень много, и чем больше спала, тем больше хотелось еще.
В те редкие вечера, когда я была в компании Давида и алкоголя, сначала было вроде все хорошо, но потом мы начинали ругаться. Он уходил. Я не помню, когда хоть один из этих вечеров заканчивался сексом. Мне кажется, мы даже толком и не обнимались, разговаривали больше. Собственно, в разговорах и не могли прийти к общему знаменателю, все заканчивалось ссорами.
На ссоры каждый раз я реагировала по-разному. Могла забиться в истерике в угол комнаты и выть в голос от боли и обиды. Могла вообще не отреагировать на его уход – добавить вина в бокал и лечь смотреть телевизор, как ни в чем не бывало. Могла матом выгнать его, включить музыку громче и танцевать. Проснувшись утром, я говорила себе, что нужно потерпеть, что все пройдет, что я очищаюсь. Все это было очень страшно! Меня пугало мое настроение.
Позже стало немного легче. Паника и истерики прекратились. Но начала накрывать апатия. Делать не хотелось ничего. Лишь просто сидеть и смотреть в одну точку. Наталья меня поддерживала, Ази всегда была на связи. В те моменты, когда отпускало, меня пытался поддерживать Давид.
***
Месяц подходил к концу. Панические атаки сошли на нет, состояние апатии отступило, но облегчения так и не пришло. Точнее, полегчало, но радостнее не стало. Эмоциональная кривая превратилась в прямую полосу. Но все же в целом вроде стало легче…
Помню тот момент, когда за утренней чашкой кофе Давид спросил у меня, как обстоят дела с моей статьей. А я настолько отрешилась от всего, что и ответить ему было нечего. Я вспомнила, что и договор поставки, который меня попросил составить Егор, до сих пор не сделан. И к своей рукописи я давно не прикасалась. Дом, дети… Я даже не смогла вспомнить, когда в последний раз пылесосила. Мама, сестра, друзья? Когда я их видела последний раз?
