А когда тело перестало быть невесомым и в голове появились первые мысли, я перевернулась на живот, посмотрела на Фила. Он был нечеловечески красив, сейчас, при свете свечей, который несколько менял действительность, – особенно красив. И этот потрясающий мужчина смотрел на меня – глазами, полными нежности. И от этого было хорошо – до слез.
– Ты плачешь? Было больно?
– Было больно. И хорошо. Лучше, чем вообще бывает.
Фил кивает удовлетворенно. Я трусь щекой о его плечо и задаю вопрос, который не то что ему – себе боюсь задать.
– Разве так может быть долго?
И сжимаюсь в ожидании ответа. Нет, я доверяю Филу. И он мне не лжет, я знаю. Но ведь он никогда и не обещал, что мы будем вместе всегда.
– Почему бы и нет, – отвечает Фил. – Если, конечно, ты не против.
Я тихо смеюсь.
– А если вдруг я буду против?
Что-то я не припомню, чтобы Фил особенно считался с чьим-то мнением.
Он переворачивается быстро. В одно мгновение я оказываюсь придавленной к кровати его телом. Мне тяжело и сладко, это хорошая тяжесть, правильная. Его лицо – невозможно близко, он смотрит мне в глаза.
– Тогда я тебя уговорю.
