— Не злись, — попросил Шорох, как делал всегда, когда девушка слишком уж загоралась гневом. — Я сказал, что это неизбежно, но, если подумать, не Лорги тому виной. Я уже говорил тебе, что против силы лесных ведьм северяне использовали магию ледяных шаманов. Она уничтожает жизнь, замораживает ее, превращает все кругом в снежную пустыню. Северяне поплатились за то, что связались с шаманами. Когда-то зима у них длилась не так долго… Против этой силы и понадобился амулет, постепенно напитывавший землю графства живительной магией. Однажды один из Лоргов поддался влиянию этой магии и едва не позволил северянам захватить графство.
— Я читала об этом в семейной хронике, — сказала Эллейн.
Шорох кивнул.
— Ведьмы постепенно стали терять свои способности, их становилось все меньше. А осколки льда с тех пор нет-нет да и проявляются в крови Лоргов. Это… к сожалению, наследство, от которого еще остававшиеся в Тихом лесу ведьмы не смогли освободить твоих предков. Поэтому, как бы ни были благородны Лорги, рано или поздно они встают перед выбором — собственная жажда власти или верность клятвам… Это не приговор, Эллейн. Всего лишь варианты жизненного пути.
Эллейн вздохнула. Очень не хотелось верить Шороху. Да она бы и не поверила, если бы не стала свидетелем столкновения Берни с отцом и братьями. Если бы граф не бросился на Ланси с плетью из-за найденного рисунка…
— И все же, ты не все рассказал о себе, — заметила она. — Что такого ты пытался украсть у лесных ведьм?
— Ну… — Шорох усмехнулся. — По правде сказать, я был одним из тех, кого послали выкрасть амулет силы. Польстился на деньги, знаешь ли. Они мне тоже нужны были не просто так. В то время это казалось важным. Я думал, что… мне просто денег не хватает, с ними я смогу добиться славы и уважения. А добился лишь того, что стал ведьминым котом. Многие ли могут похвастаться такой удивительной карьерой?
— Совсем не многие, — подтвердила Эллейн и взяла Шороха за руку. Показалось, что вспоминать ему не очень приятно. Может быть, стыдно до сих пор? Столько лет прошло… непонятно сколько, но не одна сотня лет, раз уж лесные ведьмы все еще обитали в Лорге.
— Все вышло случайно, — добавил Шорох. — Я по своей глупости попал в магическую ловушку. Там бы и умер, если бы не одна ведьма… Ей очень хотелось получить магического зверя, но это надо было ждать своей очереди. А тут я. Вот она и уговорила ведьм помочь. Жизнь мне вернули, но только в образе кота. Пришлось служить… Она была едва ли старше тебя. Вы даже похожи…
Волшебство поляны для Эллейн померкло. Светлячки уже не так привлекали внимание. Отчего ей так не по нраву пришлось известие о том, что она все же похожа на кого-то из лесных ведьм? Ведь она сама хотела узнать… Но не о том, что Шорох сравнивает ее с кем-то, кто нравился ему в прежние времена.
— Не внешностью, — добавил вдруг маг и Эллейн сбилась с мысли. — Нрав у нее был такой же… отчаянный. Если уж что-то вбила себе в голову, так обязательно этого добивалась. Не самое легкое было служение, в общем.
— А потом она тебя отпустила?
— Магические животные остаются с ведьмами до самой их смерти. Ведьмин зверь, считай, все равно что магический амулет…
Эллейн не нашлась, что сказать. Ведь Шорох упомянул, что провел в образе кота всего пять лет.
— Это было совсем не так, как в ловушке, — сказал Шорох. — Я даже ничего не почувствовал. Будто закрыл глаза, а когда открыл — уже был Хранителем.
Вот оно как. Шорох действительно был человеком. Только давно, в былые времена. А теперь… Вот.
— И ты… никогда не жалел? — спросила она. — О том, что случилось… не хотел снова стать человеком?
Шорох пожал плечами.
— Давно уже нет, — помолчал, потом признал со вздохом: — Но бывало, конечно.
— И… у тебя не появлялось мысли просто уйти? — продолжала допытываться девушка. Внезапно потемнело — это светлячки прекратили свой волшебный танец, а небо начали затягивать тучи.
— Даже если бы хотел, — сказал Шорох, и глаза его засветились в темноте, — Эта земля уже забрала мою жизнь. Я существую, пока служу источнику. Предам его — и тотчас перестану быть.
Эллейн вздрогнула. Так это прозвучало, будто предостережение специально для нее, потому что она уже переступила черту дозволенного…
— Не надо! Не говори больше ничего! — выдохнула девушка. — Мне не нужно, чтобы ты показывал источник. Если это так опасно для тебя — лучше вообще туда никого не води! Я только…
Взгляд стальных глаз смягчился.
— Встретив тебя, я вновь вспомнил, что когда-то был человеком, — признался вдруг Шорох, и от этих слов Эллейн охватило еще большее волнение. Ей было и радостно, и отчего-то страшно. Она невольно отвела взгляд.
— Послушай… ты говорил, что существует нечто, способное навредить тебе… И что до тебя были другие Хранители. Выходит, тебя можно убить?
— Конечно, — серьезно ответил Шорох, ни мгновения не поколебавшись.
— Но лесных ведьм больше нет. Появится ли другой Хранитель вместо тебя?
— Это мне не ведомо. Может быть, для Лорга наступят совсем другие времена.
Эллейн уже пожалела, что спросила.
Не нужно было.
Не нужно.
